Европейский Суд снова признает Россию ответственной за исчезновение людей в Чечне

22 июля 2010 года Европейский Суд по правам человека огласил два Постановления в отношении России, касающиеся дел о насильственных исчезновениях людей в Чечне.

Заявителями по делу «Бенуева и другие против России» (Benuyeva and Others v. Russia, жалоба N 8347/05) являются 15 родственников (родители, братья и сестры) Саида-Селима Бенуева и Абу Жаналаева.

Согласно утверждениям заявителей, Саид-Селим и Абу были похищены из своих домов 24 ноября 2002 года двенадцатью вооруженными людьми в масках, которые ворвались во внутренний двор и требовали паспорта Абу и Саид-Селима. Сходив за паспортом Абу и вернувшись во двор, его родственники не обнаружили там ни его, ни приехавших людей, а увидели лишь удаляющуюся машину. Саид-Селима вытащили из дома босиком и с мешком на голове, усадили в другую машину и увезли. Обе машины имели особые приметы: царапины на одной стороне и антенны, их окна были задернуты белой тканью. Спустя несколько минут, родственники Абу и Саид-Селима сели в машину и стали догонять похитителей. Они прекратили их преследование лишь после того, как из одной из машин вышел сотрудник военного командования и заявил, что машины принадлежат отделу внутренних дел Урус-Мартановского района Чеченской Республики, и если они не прекратят преследование, то по ним будет открыт огонь. На следующий день начальник ОВД сообщил заявителям, что он общался с теми, кто увез Абу и Саид-Селима, и просил их не применять к задержанным силу. Еще день спустя ряд заявителей видели машины, на которых увезли Абу и Саид-Селима, выезжающими со двора ОВД. Несмотря на неоднократные письменные и устные обращения в различные органы власти, заявителям не было предоставлено никакой информации об Абу и Саид-Селиме. Расследование по факту их исчезновения, которое идет на протяжении семи лет и продолжается до сих пор, не дало каких-либо значимых результатов.

Европейский Суд по правам человека постановил, что имели место:

нарушение статьи 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (право на жизнь) в отношении Абу Жаналаева и Саид-Селима Бенуева;

нарушение статьи 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (право на жизнь) ввиду того, что по обстоятельствам их исчезновения не было проведено эффективного расследования;

нарушение статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (бесчеловечное или унижающее достоинство обращение) в связи с причиненными матери Саид-Селима и родителям Абу страданиями;

нарушение статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (непризнанное лишение свободы) в отношении Абу Жаналаева и Саид-Селима Бенуева;

нарушение статьи 13 (право на эффективное средство правовой защиты) во взаимосвязи со статьей 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Европейский Суд по правам человека присудил заявителям следующую справедливую компенсацию:

по 1500 евро в возмещение имущественного ущерба, причиненного матери Саид-Селима и родителям Абу соответственно;

по 55000 евро в возмещение морального вреда, причиненного матери Саид-Селима и родителям Абу соответственно, а также по 850 евро каждому из остальных заявителей;

4000 евро в возмещение расходов, понесенных в связи с обращением в Европейский Суд по правам человека.

Заявителями по делу «Ахматхановы против России» (Akhmatkhanovy v. Russia, жалоба N 20147/07) являются родители, сестра и жена Артура Ахматханова.

Утром 2 апреля 2003 года Артур и его мать отправились в центр города. Однако она вспомнила, что оставила дома необходимые документы и вернулась за ними. Артур остался в городе. Вскоре после того, как мать Артура добралась до дома, она услышала звуки перестрелки со стороны бывшего склада медикаментов, расположенного в 250 метрах. Подойдя поближе, она увидела, что военные оцепляют склад. По возвращении в центр города она не смогла найти своего сына и отправилась домой, где муж сообщил ей, что кепка Артура была найдена на месте перестрелки. Некоторые соседи впоследствии рассказали ей, что видели Артура в том месте, где происходила стрельба, незадолго до ее начала, а другие – что видели, как военные усадили в БТР молодого человека с пластиковым пакетом на голове и увезли его в направлении центра города. Вечером того же дня лица, занимающиеся расследованием инцидента, посетили склад и собрали гильзы и образцы крови, очевидно, для проведения судебной экспертизы. Два дня спустя по факту исчезновения Артура было начато расследование. Заявители в разное время направляли жалобы в органы прокуратуры. В декабре 2006 года следователь, в производстве которого находилось дело, сказал матери Артура, что материалы дела не содержат какой-либо информации о гильзах и образцах крови, собранных на месте происшествия. Запросы о предоставлении информации о ходе расследования, направленные отцом Артура в феврале 2007 года в органы прокуратуры, остались без ответа.

Представители российских властей заявили, что расследование несколько раз приостанавливалось в связи с невозможностью установления лиц, подлежащих привлечению к ответственности, и возобновлялось вновь. Несмотря на запросы Европейского Суда по правам человека, российские власти отказались предоставить все материалы уголовного дела, ссылаясь на то, что это противоречит нормам национального законодательства.

Европейский Суд по правам человека постановил, что имели место:

нарушение статьи 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (право на жизнь) в отношении Артура Ахматханова;

нарушение статьи 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (право на жизнь) ввиду того, что проведенное по факту исчезновения Артура расследование было неэффективным;

нарушение статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (бесчеловечное и унижающее достоинство обращение) в связи с причиненными родителями Артура, его сестре и жене страданиями;

нарушение статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (непризнанное лишение свободы) в отношении Артура;

нарушение статьи 13 (право на эффективное средство правовой защиты) во взаимосвязи со статьей 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Европейский Суд по правам человека присудил заявителям следующую справедливую компенсацию:

15000 евро в возмещение материального ущерба, причиненного жене Артура;

60000 евро в возмещение морального вреда, причиненного родителям, сестре и жене Артура;

5500 евро в возмещение расходов, понесенных в связи с обращением в Европейский Суд по правам человека.

При вынесении названных Постановлений Европейский Суд по правам человека принял во внимание тот факт, что родственники Саид-Селима, Абу и Артура последовательно изложили обстоятельства их насильственных исчезновений. Тот факт, что группа вооруженных людей, одетых в военную форму, могла свободно перемещаться на военных машинах по двум городам, задержать Абу и Саид-Селима, равно как открыть огонь после оцепления территории, в достаточной степени обосновывает утверждения заявителей, что эти люди являлись представителями российских властей, проводивших спецоперации. В связи с отказом представителей государства-ответчика предоставить документы, находящиеся в их исключительном распоряжении, несмотря на запрос Европейского Суда по правам человека, а также ввиду отсутствия какого-либо иного правдоподобного объяснения обстоятельств исчезновения Саид-Селима, Абу и Артура, Европейский Суд по правам человека пришел к выводу о необходимости презюмировать, что три молодых человека лишились жизни в результате непризнанного задержания сотрудниками государственных органов. Следовательно, в отношении Абу, Саид-Селима и Артура имело место нарушение статьи 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (право на жизнь).

При рассмотрении обоих дел Европейский Суд по правам человека пришел к выводу, что нарушение статьи 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (право на жизнь) также имело место в связи с тем, что властями не было проведено эффективное расследование обстоятельств исчезновения Абу, Саид-Селима и Артура.

Страсбургский Суд также посчитал, что матери Саид-Селима, родителям Абу, родителям, сестре и жене Артура были причинены страдания в результате исчезновения их близких и невозможности узнать что-либо об их судьбе. Способ рассмотрения российскими властями жалоб и иных обращений заявителей следует расценивать как бесчеловечное или унижающее достоинство обращение, нарушающее статью 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Кроме того, Европейский Суд по правам человека посчитал, что право на свободу и личную неприкосновенность похищенных молодых людей было грубо нарушено, так как они были подвергнуты непризнанному задержанию в отсутствие каких бы то ни было гарантий, предусмотренных статьей 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Наконец, Европейский Суд по правам человека пришел к выводу, что по причине неэффективности расследования обстоятельств исчезновения и убийства родственников заявителей другие средства правовой защиты, гарантированные статьей 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, также оказались неэффективными.

Следовательно, в обоих делах имело место нарушение статьи 13 во взаимосвязи со статьей 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Еще ранее, 15 июля 2010 года, Европейский Суд по правам человека огласил другое свое Постановление, касающиеся насильственного исчезновения жителя Чечни, — «Гелаевы против России» (Gelayevy v. Russia, жалоба N 20216/07).

Заявители по данному делу являются жителями поселка Гикало Чеченской Республики, родителями, сестрой, дедушкой, бабушкой и дядей Мурада Гелаева, который в 2000 году, когда Гикало находился под полным контролем российских властей, был похищен из своего дома вооруженными людьми.

Согласно утверждениям членов семьи Мурада и показаниям нескольких свидетелей, большая группа военных, без акцента разговаривавших по-русски, на некоторых из которых были одеты маски, утром 27 февраля 2000 года ворвалась в дом Гелаевых. Они потребовали предъявить паспорт Мурада и ударили прикладом его мать, Аминт Гелаеву. После проверки паспорта Мурада выволокли из дома. Мать упрашивала этих людей отпустить ее сына, но они вновь стали бить ее, а  Мурада посадили в машину. Когда мать тоже попыталась сесть в нее, один из приехавших отпихнул ее, она упала на землю и потеряла сознание. Ей пришлось обратиться за медицинской помощью.

Вместе с тринадцатью другими жителями поселка, которые были задержаны военными в тот день, Мурада Гелаева поместили в изолятор временного содержания в Октябрьском районе. По утверждениям тех, кто находился в изоляторе вместе с Мурадом, в том числе его дяди, их держали раздетыми, неоднократно избивали, используя куски металлической арматуры и стальные трубы, натравливали на них собак. Во время одного из допросов Мураду отрезали ножом ухо.

Пытаясь выяснить местонахождение Мурада, семья обращалась в различные органы, в том числе в Министерство внутренних дел и Прокуратуру Чеченской Республики, однако каких-либо правдоподобных объяснений произошедшего с Мурадом после его похищения получено не было. В августе 2001 года отделом внутренних дел по Грозненскому району было отказано в возбуждении уголовного дела, заведено было лишь розыскное дело. В июле 2005 года прокуратурой Грозненского района было возбуждено уголовное дело, а отец Мурада был признан потерпевшим. В связи с тем, что личности преступников не были установлены, расследование несколько раз приостанавливалось и возобновлялось вновь.

Российские власти не оспаривали версию событий, представленную заявителями, однако отметили, что 27 февраля 2000 года в Гикало не проводилось спецопераций, и сотрудники федеральных служб не принимали участия в похищении Мурада Гелаева. Они признали, что расследование уголовного дела не принесло результатов.

Семья Мурада также обращалась в органы расследования в связи с унижающим достоинство обращением с матерью и бабушкой Мурада. Однако в октябре 2006 года после проведения медицинского освидетельствования его матери власти отказались возбуждать уголовное дело по данному факту.

Европейский Суд по правам человека признал, что имели место:

нарушение статьи 2 Конвенции защите прав человека и основных свобод (право на жизнь и обязательство проведения эффективного расследования);

нарушение статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (право не подвергаться пыткам и бесчеловечному обращению и обязательство проведения эффективного расследования);

нарушение статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (право на свободу и личную неприкосновенность);

нарушение статьи 13 (право на эффективное средство правовой защиты) во взаимосвязи со статьей 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Европейский Суд по правам человека принял во внимание тот факт, что, несмотря на требование о предоставлении копий материалов уголовного дела, связанного с расследованием похищения Мурада Гелаева, власти Российской Федерации предоставили лишь некоторые документы. Такое поведение властей, по мнению Страсбургского Суда, подтверждало доводы заявителей. Их утверждения также подкреплялись свидетельскими показаниями родственников, которые были получены в ходе проведения расследования. То обстоятельство, что большая группа вооруженных людей, одетых в военную форму и свободно передвигавшихся на автомашинах военного назначения в дневное время, требовала предъявления удостоверений личности и проводила задержание людей в их домах, подтверждает утверждения заявителей, что эти люди являлись представителями российских властей, проводивших спецоперацию. Власти Российской Федерации не оспаривали представленной заявителями версии, равно как не представили какого-либо другого правдоподобного объяснения событий 27 февраля 2000 года.      

Таким образом, Европейский Суд по правам человека пришел к выводу, что Мурад Гелаев был задержан представителями российских властей в ходе проведения непризнанной спецоперации. В свете конфликта в Чеченской Республике задержание лица сотрудниками государственных органов, которых невозможно идентифицировать, и последующее непризнание факта лишения свободы может рассматриваться как постановка жизни этого человека под угрозу. Отсутствие каких-либо известий о судьбе Мурада на протяжении более 10 лет, а также отсутствие его имени в каких бы то ни было официальных документах, содержащих сведения о находящихся под стражей лицах, дали Европейскому Суду по правам человека основания презюмировать его смерть после задержания представителями российских  властей. Следовательно, в отношении Мурада Гелаева имело место нарушение статьи 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (право на жизнь).

Несмотря на то, что представители властей Российской Федерации были уведомлены о похищении Мурада в июне 2001 года, расследование по заявлениям родственников не проводилось вплоть до июля 2005 года. В связи с этим многие важные действия были проведены со значительным опозданием либо не были проведены вообще. Так, осмотр места происшествия был осуществлен через два года после возбуждения уголовного дела, многие свидетели, например, сотрудники изолятора временного содержания, работавшие в нем во время описанных выше событий, чьи показания имели большое значение для расследования, были допрошены лишь четыре года спустя после его начала. Подобные задержки, которым нет объяснений, демонстрируют бездействие властей и должны расцениваться как нарушение обязательства проведения тщательного и быстрого расследования таких серьезных преступлений. Родственники Мурада не были надлежащим образом информированы о ходе расследования, длительное бездействие не получило каких-либо правдоподобных объяснений. Таким образом, Европейский Суд по правам человека пришел к выводу, что властями не было проведено расследование обстоятельств исчезновения Мурада Гелаева, что является отдельным нарушением статьи 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Представленными Европейскому Суду по правам человека показаниями подтвержалось, что после похищения Мурада Гелаева представителями властей он подвергся избиению, и ему было отрезано ухо. Страсбургский Суд считает, что подобное обращение следует расценивать как пытки, поскольку оно должно было не только причинить Мураду физическую боль, но также заставить его почувствовать унижение и страх, причинить ему страдания. В связи с тем, что власти не смогли оспорить соответствующие утверждения заявителей, представив какие бы то ни было правдоподобные объяснения, Европейский Суд по правам человека пришел к выводу, что в отношении Мурада Гелаева было допущено нарушение статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Европейский Суд по правам человека также посчитал, что в нарушение статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод властями также не было проведено эффективное расследование.

Что касается предположительно допущенного в отношении матери Мурада Гелаева, Аминт Гелаевой, унижающего достоинство обращения, то свидетельскими показаниями было подтверждено, что в ходе похищения Мурада представители властей избили ее, в результате чего она была вынуждена обратиться за медицинской помощью. Документами, представленными представителями российских властей, подтверждается, что она обращалась за медицинской помощью в день похищения своего сына. Однако ее судебно-медицинское освидетельствование было проведено лишь по прошествии более шести лет. Европейский Суд по правам человека пришел к выводу, что обращение, которому подверглась Аминт Гелаева, по своей тяжести достигает уровня пыток. Кроме того, властями не было проведено эффективное расследование. Следовательно, имели место два отдельных нарушения статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Лишение свободы Мурада Гелаева не было ни признано, ни отражено в каких-либо документах. Какие-либо официальные сведения о его судьбе после задержания отсутствуют. В соответствии с практикой Страсбургского Суда, это само по себе является серьезным нарушением, поскольку позволяет лицам, ответственным за совершение преступления, скрыть свою причастность к нему и избежать ответственности за судьбу задержанных. Отсутствие записей, содержащих сведения о задержанных, несовместимо с целью, которой служат гарантии статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Более того, в связи с заявлениями родственников Мурада о том, что его задержание проходило при обстоятельствах, представляющих угрозу для его жизни, властям следовало провести тщательное расследование. Европейский Суд по правам человека пришел к выводу, что Мурад Гелаев был подвергнут непризнанному задержанию в отсутствие гарантий, предусмотренных статьей 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Наконец, Европейский Суд по правам человека посчитал, что по причине неэффективности расследования обстоятельств исчезновения Мурада Гелаева любые другие средства правовой защиты также оказались неэффективными, что не соответствует обязательствам, вытекающим из статьи 13 Конвенции. Следовательно, имело место нарушение статьи 13 во взаимосвязи со статьей 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Европейский Суд по правам человека присудил заявителям следущую справедливую компенсацию:

18000 евро родителям Мурада Гелаева в возмещение причиненного им материального ущерба;

10000 евро Аминт Гелаевой и 78000 евро всем шести заявителям в возмещение причиненного им морального вреда;

5500 евро — в возмещение расходов, связанных с обращением в Европейский Суд по правам человека.

_________________________________________________________________________
Сообщение справочно-информационного центра "Европейский Суд по правам человека"

Метки , , , , , , , , , , , , , , , , , . Закладка постоянная ссылка.