Порядок обращения в ЕСПЧ

ФОРМА И СОДЕРЖАНИЕ ЖАЛОБЫ
В ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

Разбирательство дела в Европейском Суде по правам человека начинается с подачи жалобы. Данный сайт посвящен исключительно рассмотрению индивидуальных жалоб. Наряду с ними в Страсбургский Суд может быть подана так называемая межгосударственная жалоба, то есть жалоба одного государства против другого.

С 01 января 2014 года Секретариат Европейского Суда по правам человека регистрирует новое разбирательство только в случае подачи полной жалобы на формуляре, полностью заполненном в соответствии со всеми предъявляемыми к нему требованиями, к которому приложены копии всех необходимых документов. С 01 января 2014 года Европейский Суд по правам человека не принимает предварительные жалобы, то есть подача таковых не приводит ни к регистрации жалобы, ни к пресечению шестимесячного срока на обращение в Страсбургский Суд.

Требования к оформлению жалобы также содержатся в Инструкции по заполнению формуляра жалобы.

Требования к содержанию жалобы содержатся в Правиле (статье) 47 Регламента Европейского Суда по правам человека.

Критерии приемлемости, то есть условия, которым должна соответствовать жалоба, чтобы она могла быть рассмотрена Европейским Судом по правам человека по существу, описаны в разделе «Критерии приемлемости жалобы в Европейский Суд».

Жалоба и приложения к ней подаются в Европейский Суд по правам человека в одном экземпляре.

 

ЯЗЫК ЖАЛОБЫ
В ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

В соответствии с пунктом 2 Правила 34 Регламента Европейского Суда по правам человека жалоба может быть подана на любом из официальных языков Высоких Договаривающихся Сторон, то есть стран — членов Совета Европы. Другими словами, жалобу не обязательно подавать на английском или французском языке, т.е. одном из официальных языков Страсбургского Суда. Более того, никакой привязки языка жалобы к официальному языку государства-ответчика нет.

Таким образом, жалоба на Российскую Федерацию может быть подана не только на русском языке, но и на любом официальном языке стран — членов Совета Европы.

Официальными языками Высоких Договаривающих Сторон являются следующие языки:

Официальные языки Высокие Договаривающиеся Стороны
азербайджанский Азербайджан
албанский Албания, Черногория
английский Великобритания, Ирландия, Мальта
армянский Армения
болгарский Болгария
боснийский Босния и Герцеговина
венгерский Венгрия
греческий Греция, Кипр
грузинский Грузия
датский Дания
ирландский Ирландия
исландский Исландия
испанский Испания
итальянский Италия, Сан-Марино, Швейцария
каталанский Андорра
латышский Латвия
литовский Литва
люксембургский Люксембург
македонский Македония
мальтийский Мальта
молдавский Молдавия
немецкий Австрия, Бельгия, Германия, Лихтенштейн, Люксембург, Швейцария
нидерландский Бельгия, Нидерланды
норвежский Норвегия
польский Польша
португальский Португалия
ретороманский Швейцария
румынский Румыния
русский Россия
сербский Босния и Герцеговина, Сербия, Черногория
словацкий Словакия
словенский Словения
турецкий Кипр, Турция
украинский Украина
финский Финляндия
французский Бельгия, Люксембург, Монако, Франция, Швейцария
хорватский Босния и Герцеговина, Хорватия
чешский Чехия
шведский Финляндия, Швеция
эстонский Эстония

Однако в соответствии с пунктом 2 Правила 34 Регламента Европейского Суда по правам человека с момента коммуницирования жалобы властям государства-ответчика разбирательство должно вестись на одном из двух официальных языков Страсбургского Суда, т.е. английском или французском. Поэтому вся переписка с Европейским Судом по правам человека, предшествующая коммуницированию жалобы, может вестись на любом из официальных языков государств — членов Совета Европы, в т.ч. на русском, а после коммуницирования по общему правилу должна вестись на официальном языке Страсбургского Суда.

При этом в соответствии с подпунктом А пункта 3 Правила 34 Регламента Европейского Суда по правам человека Председатель (Президент) Палаты (Секции) Европейского Суда по правам человека может позволить индивидуальному заявителю продолжить пользоваться одним из официальных языков государств — членов Совета Европы даже после коммуницирования жалобы властям государства-ответчика.

В случае, если речь идет о делах III степени важности (они же фактически являются делами V категории в смысле Правил определения очередности рассмотрения жалоб Европейским Судом), переписка с заявителем может не переходить на один из официальных языков Европейского Суда по правам человека.

Наконец, мне известны случаи, когда письменный отзыв заявителя, который должен был предоставляться на одном из официальных языков Европейского Суда по правам человека, однако был выполнен не на нем, а на официальном языке государства-ответчика, рассматривался Европейским Судом по правам человека как предполагающий заявление названного выше ходатайства, которое удовлетворялось Председателем (Президентом) Европейского Суда по правам человека, о чем было написано в ответном письме, которое подтверждало получение письменного отзыва заявителя.

Я рекомендую (при наличии возможности) представлять жалобы на английском (французском) языке в случае направления в Страсбургский Суд просьбы о принятии обеспечительных (срочных) мер. Это связано с тем, что решение об удовлетворении или отказе в удовлетворении соответствующих ходатайств принимается Председателем (Президентом) Палаты (Секции) Европейского Суда по правам человека, не владеющим русским языком. Ваши шансы на удовлетворение просьбы могут повыситься, если жалоба будет непосредственно сформулирована на английском языке, а не просто представлена Председателю (Президенту) Палаты (Секции) в виде резюме, составленного юристом Секретариата Европейского Суда по правам человека. Особенно если ходатайство о принятии обеспечительных (срочных) мер базируется на тексте жалобы, а не подается до нее. Однако прошу Вас прибегать к составлению жалобы на английском (французском) языке только тогда, когда Вы можете позволить себе обратиться к юристам, которые способны подготовить жалобу на соответствующем языке, или по меньшей мере лингвистам, специализирующимся на переводе решений Европейского Суда по правам человека (таковых в России единицы и найти их очень сложно). Пожалуйста, не обращайтесь к простым переводчикам, даже высокопрофессиональным, так как жалоба должна быть написана не просто на классическом английском или французском языке, но на английском или французском языке, который используется Европейским Судом по правам человека и почти полностью состоит из специальных терминов, выработанных в практике Европейского Суда по правам человека. Всегда лучше представить жалобу на русском языке, чем в плохом переводе на английский или французский язык. Если же на плохой английский или французский переведена жалоба, написанная на плохом русском языке и (или) имеющая немного связи с практикой (и языком) Европейского Суда по правам человека, то в переводе она может выглядеть абсолютным бредом, в то время как на языке оригинале еще быть доступной для понимания (конечно, лишь при большом желании, на которое не всегда следует рассчитывать).

В остальных случаях жалобу можно подавать на русском языке или на ином языке, не являющемся официальным языком Европейского Суда по правам человека. Более того, подача жалобы на официальном языке Европейского Суда по правам человека (в переводе на него или в т.ч. в переводе на него), если он не является официальным языком государства-ответчика, практически лишена смысла. Судьи Европейского Суда по правам человека на первом этапе рассмотрения жалоб не работают с ними непосредственно, а имеют дело лишь с резюме, составляемыми юристами Секретариата, владеющими языком, на котором написана жалоба, а также разбирающимися в правовой системе страны, против которой подана жалоба (по последней причине подача жалобы на официальном языке Европейского Суда по правам человека, отличном от официального языка государства-ответчика, практически не может привести к попаданию жалобы к юристам, не владеющим официальном языком государства-ответчика). В случае же перехода жалобы на последующие этапы рассмотрения, то есть в случае, если она не признана неприемлемой и не исключена из списка дел, подлежащих рассмотрению, на первом же этапе, она более почти не имеет значения, т.к. заменяется письменным отзывом (меморандумом) заявителя, который по общему правилу подается на официальном языке Европейского Суда по правам человека.

Заявитель не обязан переводить приложения к жалобе на какой бы то ни было язык. Другими словами, они подаются в Европейский Суд по правам человека в виде ксерокопий (называемых фотокопиями) с оригиналов. Более того, требований о необходимости соответствия языка жалобы и языка приложений к ней также не предъявляется. В случае, когда буквальный текст того или иного документа, приложенного к жалобе, или его части по той или иной причине имеет значение, и при этом язык этого документа не совпадает с языком жалобы, я рекомендую приводить его перевод (в виде закавыченной цитаты) прямо в тексте жалобы.

 

ПОШЛИНА ЗА ОБРАЩЕНИЕ
В ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

Обращение в Европейский Суд по правам человека не облагается какой бы то ни было пошлиной. Другими словами, в настоящее время Страсбургский Суд не берет никаких денег за обращение в него и (или) рассмотрение жалоб.

Однако это не значит, что оказываемая юристами помощь по подготовке жалобы, письменного отзыва (меморандума), других документов, адресованных Европейскому Суду по правам человека, а также консультирование по вопросам обращения в Страсбургский Суд всегда предоставляются бесплатно.

 

ПОРЯДОК НАПРАВЛЕНИЯ ЖАЛОБЫ
В ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

Порядок направления жалобы в Европейский Суд по правам человека, а также почтовый адрес, телефон и факс Страсбургского Суда указаны в разделе «Адрес, факс и телефон Европейского Суда».

Метки ,

  1. Александр

    Спасибо, Олег.
    Вы очень помогли. ЕСПЧ только сегодня получил полную жалобу, мы получили от DHL подтверждение, думаю, что нам, конечно, ещё не выслали ответ.
    Мы так и сделаем в ближайшее время.

    Я внимательно посмотрел на Вашем сайте о дополнительных материалах, которые могут быть высланы до коммуницирования нашей жалобы властями России.

    Меня волнует следующее, адвокат, когда составлял проект жалобы, очень сухо с обобщенными ссылками сослался в п. 15 на нарушения конвенционных прав жертвы.

    У нас нарушение ст. 6 Конвенции и ст. 1 Дополнительного протокола.

    Возможно ли послать более развернутое описание нарушений конвенционных прав? На русском ли я зыке это можно делать или на английском (французиком)? Когда это лучше сделать? Когда жалобу признают приемлемой (ее рассмотрит один из судей ЕСПЧ и вынесет какое-либо решение) или сейчас лучше это слать?

    • Уважаемый Александр!

      До коммуницирования жалобы (или объявления ее неприемлемой либо исключения из списка дел, подлежащих рассмотрению, на уровне единоличного Судьи или Комитета из трех Судей Европейского Суда по правам человека, а также принятия этих же решений на уровне Палаты без коммуницирования) Вы можете направить дополнения к ней, в т.ч. дополнительную аргументацию, касающуюся заявленных в жалобе нарушений.

      Вы можете подготовить дополнения на русском языке, если жалоба была подана на нем. Мы рекомендуем использовать английский или французский языки до коммуницирования жалобы только в случае, когда заявитель направляет или планирует направить ходатайства о применении обеспечительных (срочных) мер, досрочном сообщении о жалобе властям государства-ответчика или о ее досрочном коммуницировании (конечно, при наличии соответствующих оснований). В остальных случаях мы не видим необходимости прибегать к английскому или французскому языку.

      Единоличный Судья не может объявить жалобу приемлемой (см. процедуру рассмотрения жалоб Европейским Судом по правам человека). Любое решение, принятое единоличным Судьей, прекращает производство по жалобе, поэтому дополнять будет уже нечего. Ответ на вопрос о сроках подачи дополнений фактически дан в первом абзаце этого ответа. Также рекомендуем Вам внимательно ознакомиться с разделом «Можно ли дополнить жалобу, поданную в Европейский Суд?».

      С уважением,

      Олег Анищик

  2. Тамара Андреевна

    Здравствуйте. Я хочу обратиться в Европейский суд сама без доверителя. Как мне писать в тексте: «Я, мной доказано, мне выдали решение и т.д.» или употреблять во всех случаях слово «истица»? Заранее благодарна Вам. Спасибо, что не оставляете без внимания все наши вопросы.

    • Уважаемая Тамара Андреевна!

      Вы можете составить текст жалобы в Европейский Суд по правам человека как в первом, так и в третьем лице. Никаких требований на этот счет не существует. Если Вы решите составлять ее в третьем лице, то лучше всего будет использовать традиционное для таких жалоб слово «заявительница».

      С уважением,

      Олег Анищик

  3. Ирина Михайловна

    Олег, подскажите пожалуйста по какой форме мне подать заявление в Европейский суд по сложившейся ситуации (на какую статью сослаться). Дело в том, что я никак не могу обжаловать решение следователя по уголовному делу в отношении должностных лиц, являющихся работниками государственной структуры, по вине которых погиб мой сын, кинувшийся спасать друга. В организации не было лицензии, о существовании кружка в котором оказался мой сын, я даже не знала. Учредителем является государственый орган. Все структуры, которые должны отстаивать мои интересы, отстаивают интересы чиновников и пперекладывают вину на детей. Хотя мой сын посмертно награжден медалью.

    • Уважаемая Ирина Михайловна!

      Мы не можем ответить на Ваш вопрос по причине недостаточности фактических данных. В частности, Вы не указали, о каком именно постановлении следователя идет речь, какое преступление расследуется, каков Ваш статус в рамках производства по делу, наконец, что конкретно означает выражение «не могу обжаловать», т.е. неясно, идет ли речь о том, что Ваши жалобы не принимаются в связи с отсутствием в принципе предусмотренной законодательством возможности обжалования Вами соответствующего постановления, о том, что Вы несогласны с принимаемыми по Вашей жалобе решениями, либо о чем-то еще.

      С уважением,

      Олег Анищик

  4. Ирина Михайловна

    Здравствуйте Олег! По данному делу я являюсь истецом. Расследуется уголовное дело по гибели двух детей. Дело было заведено прокуратурой в 2004 году по статье «Смерть по неосторожности» в отношении педагогов. В результате следователь, суд выносят решение, что произошел несчастный случай и ни кто из должностных лиц не виноват. Если учесть, что у государственного учреждения не было лицензии, в кружок, в котором оказалось занимались медитацией, и куда дети должны были ходить с заявления родителей, а я заявление не писала, и ходил мой сын в клуб туристический. а на базе клуба был организован данный кружок от государственного учреждения. Учредителем данного учреждения является правительство. Суд констатирует, что оказывается лицензия у нас появились с 2004 года, так же указывает, что подписавшись в журнале о техники безопасности дети за свою жизнь несут сами ответственность. А проведя почерковедческую экспертизу, эксперт указывает, что подтвердить о подлинности подписи моего сына не может. И в своих жалобах я просила возбудить дело по статье халатность в отношении педагогов, директора и Министерства образования, которые ничего не сдалали для организации безопасности за жизнь детей. Стали разбивать лагерь на берегу реки с омутом, на повороте реки, ни с кем не согласовав место стоянки, безобразно отнеслись к своим обязанностям. И Министрество дает ответ в прокуратуру через 2 месяца после трагедии, что люди уволились по собственному желанию. А раз суд по уголовному делу выносит решение, считая что должгностными лицами все было сделано верно, то я не могу подать на моральный ущерб. И если считать что все это время я переписывалась по судебным делам и один круг прошл до верховного суда, сейчас уже второй круг пошел. Хотя считаю, что это должно было все решаться следователями.

    • Уважаемая Ирина Михайловна!

      Если мы правильно поняли, Вы признаны гражданским истцом по уголовному делу, возбужденному по признакам преступления, предусмотренного статьей 109 УК РФ – «причинение смерти по неосторожности». Мы делаем этот вывод на том основании, что Вы не можете быть признаны просто «истцом» в рамках расследования и судебного разбирательства по уголовному делу, о самостоятельном обращении в суд в порядке гражданского судопроизводства Вы ничего не пишете, более того, указываете, что Ваш, вероятно, потенциальный иск предположительно не имеет шансов на успех без признания соответствующих лиц виновными в совершении преступления. Мы также полагаем, что по признакам преступления, предусмотренного статьей 293 УК РФ – «халатность», дело никогда не возбуждалось, несмотря на то, что Вы «просили об этом в жалобах». Вероятно, в какой-то момент следователь вынес постановление о прекращении уголовного дела, возбужденного по признакам преступления, предусмотренного статьей 109 УК РФ, на основании отсутствия события или состава преступления. Судя по Вашему вопросу, Вы обжаловали это постановление в суд. В противном случае осталось бы неясным, каким образом суд мог принять какое-либо решение, на которое Вы ссылаетесь, если уголовное дело было прекращено на стадии предварительного расследования, т.е. не передавалось в суд для рассмотрения по существу, а об обращении в суд в порядке, предусмотренном ГПК РФ, речи, как представляется, не идет. Вероятно, суды первой и второй (кассационной) инстанций отказали Вам в удовлетворении жалобы на постановление следователя о прекращении уголовного дела, затем соответствующие решения судов были отменены в надзоре на уровне Верховного Суда РФ. В настоящее время жалоба, как мы полагаем, снова рассматривается в суде первой или второй инстанций (скорее всего первой, т.к. Вы говорите, что «второй круг» только пошел).

      В наших дальнейших рассуждениях мы исходим из того, что именно таким образом звучат ответы на наши вопросы, заданные ранее. Если это не так, то последующие рассуждения могут быть в той или иной степени неприменимы к Вашей ситуации.

      В принципе в Вашем случае мы усматриваем возможность говорить о нарушениях только двух прав, гарантированных Конвенцией о защите прав человека и основных свобод. Это право на жизнь, предусмотренное статьей 2 Конвенции, и право на справедливое судебное разбирательство, закрепленное в статье 6 Конвенции. Другими словами, мы не усматриваем в Ваших вопросах никаких признаков нарушений иных прав, гарантированных Конвенцией и (или) Протоколами к ней. Если Вы полагаете, что нарушения иных прав, гарантированных Конвенцией и (или) Протоколами к ней, имели место, пожалуйста, напишите об этом, прямо назвав соответствующие права. В этом случае мы ответим Вам на вопрос о наличии признаков их нарушений.

      Ниже мы рассмотрим вопрос об обоснованности предположений, касающихся нарушений статей 2 и 6 Конвенции.

      В первую очередь необходимо отметить, что ни Конвенция, ни Протоколы к ней не предусматривают как такового права на возбуждение уголовного дела в отношении третьего лица – частного либо должностного – или права на привлечение его к уголовной ответственности (см., например, Постановления Европейского Суда по правам человека по делам «Стефано против Греции» (Stefanou v. Greece, жалоба N 2954/07) от 22 апреля 2010 года (пункт 84), «Крзак против Польши» (Krzak v. Poland, жалоба N 51515/99) от 06 апреля 2004 года (пункт 24) и десятки Решений по вопросам приемлемости). Поэтому как таковой отказ в возбуждении уголовного дела по признакам предполагаемой «халатности» не может являться нарушением Конвенции и (или) Протоколов к ней и не образует основания для обращения с жалобой в Европейский Суд по правам человека.

      Статья 2 Конвенции, гарантирующая право на жизнь, в принципе предполагает так называемые позитивные обязательства государства по проведению независимого и эффективного расследования по факту предполагаемого нарушения права на жизнь со стороны как лиц, за которые государство несет ответственность, так и частных лиц (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по правам человека по делу «МакКанн и другие против Соединенного Королевства» (McCann and Others v. the United Kingdom, жалоба N 18984/91) от 27 сентября 1995 (пункт 161) и Решение Европейского Суда по правам человека по вопросам приемлемости жалобы «Менсон против Соединенного Королевства» «Menson v. the United Kingdom, жалоба N 47916/99) от 06 мая 2003 года соответственно). Целью такого расследования является обеспечение возможности привлечения виновных к ответственности.

      Как таковое расследование проводилось. Более того, с учетом сказанного выше об отсутствии права на возбуждение уголовного дела как такового тот факт, что расследование проводилось по признакам преступления, предусмотренного статьей 109 УК РФ, а не статьей 293 УК РФ, вряд ли может иметь значение, т.к. главное, чтобы в ходе расследования можно было в принципе установить виновных, если они есть. Другими словами, расследование обстоятельств смерти, по признакам каких бы статей УК РФ не было возбуждено дело, в принципе способно привести к указанному результату. Поэтому остается понять, было ли расследование независимым и эффективным.

      В своих вопросах Вы не предъявляете каких-либо претензий к расследованию, то есть к его независимости и (или) эффективности. Вы не утверждаете, например, что не были допрошены очевидцы, не были назначены и проведены те или иные экспертизы (тот факт, что эксперт не может дать однозначный ответ на вопрос о подлинности подписи Вашего сына, не свидетельствует о неэффективности расследования; во всяком случае Вы не утверждаете, что в принципе эксперт мог бы прийти к утвердительному выводу), было упущено время, необходимое для сбора доказательств по горячим следам, и т.п. Таким образом, фактически Вы лишь выражаете несогласие с выводами, которые были сделаны органами следствия и судами на основе результатов проведенного расследования. Однако обязательство государства по осуществлению независимого и эффективного расследования не гарантирует какой-либо конкретный результат такового, в том числе признание того или иного лица виновным в совершении преступления. Таким образом, из Ваших вопросов не усматривается оснований для утверждения о том, что государство нарушило свои обязательства по проведению расследования, вытекающие из статьи 2 Конвенции. При этом в принципе мы, конечно, этого не исключаем.

      Кроме того, в случае, когда речь идет о предполагаемом неумышленном причинении смерти, соблюдение государством своих позитивных обязательств, вытекающих из статьи 2 Конвенции, может ограничиваться созданием эффективной системы, позволяющей защитить право на жизнь, не прибегая к уголовно-правовым средствам. Другими словами, в случае неумышленного причинения смерти может быть трудно в принципе доказать наличие как такового обязательства государства проводить эффективное расследование в рамках именно уголовного дела, если право на жизнь может быть защищено, например, посредством обращения с иском в порядке гражданского судопроизводства (см. Постановление Европейского Суда по правам человека по делу «Калвелли и Чилио против Италии» (Calvelli and Ciglio v. Italy, жалоба N 32967/96) от 17 января 2002 года (пункты 49 и 51)). В своем вопросе Вы не указываете причин, по которым Вы не можете привлечь предположительных причинителей вреда к гражданско-правовой ответственности. Об этом можно было бы вести речь, если бы их личности не были Вам известны, либо Вы не могли самостоятельно, без проведения именно уголовного расследования собрать доказательства их виновности. Ни о чем подобном Вы не пишете. Простого заявления о том, что привлечения лиц к гражданско-правовой ответственности за предположительное неумышленное причинение смерти невозможно без признания их совершившими преступление, недостаточно для того, чтобы прийти к подобному выводу. Конечно, получить соответствующую компенсацию намного проще, если лицо будет признано виновным в совершении преступления, в том числе прямо в рамках разбирательства по уголовному делу. Однако об обязанности проведения уголовного расследования можно говорить лишь в случае, если обращение с иском в порядке, предусмотренном ГПК РФ, в принципе невозможно, исходя из национального законодательства или практики однозначного отказа в удовлетворении подобных исков, независимо от их обоснованности, если лицо не признано совершившим преступления. Мы не уверены, что Вы сможете доказать, что законы или практика их применения таковы. Во всяком случае, сделать это не так легко.

      Возможно, Вы также ставите вопрос о том, что государство само виновато в причинении смерти Вашему сыну, то есть смерть была причинена ему лицами, за которые государство несет ответственность. Однако в Вашем вопросе не содержится информации, которая позволила бы прийти к выводу о том, что государство несет ответственность за предположительных причинителей вреда, то есть они являются так называемыми «агентами государства». Самого факта, что лица, которых Вы обвиняете, работали на государственное учреждение, еще недостаточно, чтобы говорить о том, что государство несет за них ответственность, хотя в принципе мы не исключаем подобной возможности.

      Что касается предполагаемых нарушений статьи 6 Конвенции, гарантирующей право на справедливое судебное разбирательство, то говорить о них можно только в случае, если соответствующее судебное разбирательство в принципе охватывается гарантиями этой статьи. Такие гарантии распространяются всего на два вида разбирательств (см. текст статьи): те, которые являются «определяющими» с точки зрения «уголовного» «обвинения», предъявленного лицу, а также те, которые являются «определяющими» с точки зрения разрешения «спора» о его «гражданских» правах и обязанностях. При этом термин «гражданские» означает, что права являются частными, цивильными (в противовес публичным). Он не имеет никакого отношения к неким «правам гражданина», что бы под ними не подразумевалось. Термин «определяющее» означает, что в рамках разбирательства окончательно определяется (или же предопределяется) судьба соответствующих прав и обязанностей лица или предъявленного ему уголовного обвинения.

      Уголовное обвинение Вам не предъявлялось, поэтому остается вопрос о том, является ли разбирательство по поданной Вами жалобе на постановление следователя о прекращении уголовного дела «определяющим» с точки зрения Ваших «гражданских» прав и обязанностей.

      Право потерпевшего (в уголовно-процессуальном смысле этого термина) на пользование гарантиями пункта 1 статьи 6 Конвенции признается Европейским Судом по правам человека, начиная с 2004 года, когда было вынесено Постановление по делу «Перез против Франции» (Perez v. France, жалоба N 47287/99) от 12 февраля 2004 года. В нем Страсбургский Суд пришел к выводу, что уголовное разбирательство, в рамках которого потерпевший подал предусмотренный законодательством гражданский иск, может являться «определяющим» для его «гражданских» прав и обязанностей в смысле указанной статьи («гражданским» здесь признается только и исключительно право на получение компенсации вреда, причиненного преступным деянием). Вы признаны гражданским истцом, следовательно, Вами был заявлен гражданский иск и в принципе усматривается возможность говорить о применимости гарантий пункта 1 статьи 6 Конвенции (хотя здесь может быть ряд проблем, мы не будем описывать их здесь по причинам, изложенным ниже).

      Однако, даже если предположить, что гарантии пункта 1 статьи 6 Конвенции распространяются на Вас, в своих вопросах Вы не привели каких бы то ни было претензий, связанных с нарушением права на справедливое судебное разбирательство. Как мы уже указывали выше применительно к претензиям, касающимся предположительного нарушения обязанности проведения эффективного уголовного расследования, Вы выражаете несогласие с решениями судов, в то время как право на справедливое судебное разбирательство предполагает необходимость соблюдения определенной процедуры, но не гарантирует принятия того или иного решения. Другими словами, оставление Вашей жалобы без удовлетворения не может само по себе свидетельствовать о нарушении права на справедливое судебное разбирательство, так как, наряду с решением о ее удовлетворении, оно является одним из двух его возможных исходов. Сказанное не означает, что в отношении Вас не было допущено нарушений права на справедливое судебное разбирательство, но в Вашем вопросе ничего об этом не свидетельствует.

      С уважением,

      Олег Анищик

      • Ирина Михайловна

        Уважаемый Олег! Дополняю следующую информацию. Мой ребенок посещал туристический клуб. Выезд был первоначально по документам организован клубом. В объяснительной педагога написано , что «несколько человек стали устанавливать палатки, а кто повзрослее пошли купаться», а далее в протоколах этот факт уже отрицается;
        Из материалов дела я узнала, что дети, в том числе мой сын, посещающие туристический клуб, оказались участниками кружка «Путь и шествие» Государственного образовательного учреждения дополнительного образования (далее ОблДЮЦ) , учредителем которого являлось Главное управление образования области, который был образован, согласно договора «О совместном создании данного кружка» от 01 сентября 2003 по 01 сентября 2004 г, на базе туристического клуба, и в обязанность педагога «входило проведение занятий в соответствии с утвержденной администрацией ОблДЮЦ расписанием и составом кружка».
        Как видно из устава ОблДЮЦ, «дети принимаются в центр не на конкурсной основе, а по заявлениям родителей (законных представителей)». Я заявление о приеме моего сына в кружок «Путь и шествие» не писала. В ходе расследования следователями выезд туристического клуба был заменен на кружок.
        В то время как разрешение на выезд кружка «Путь и шествие» ОблДЮЦ подписано директором, которая согласно Устава ОблДЮЦ, должностной инструкции директора вместе «с работниками центра обязана была сохранять жизнь и здоровье детей и несла ответственность перед родителями за свою деятельность в соответствии с действующим законодательством».
        Кроме того, как видно из материалов дела, ОблДЮЦ не имел лицензии на проведение данного вида деятельности фактически мог «существовать, но деятельность по осуществлению образовательных программ должна была приостановлена приказом директора учреждения». Если учесть что с 1999 года цент не имел лицензии, а зарплату получал по статье «Образование». Директор центра обладающая организационно-распорядительными функциями, зная, что осуществляет деятельность не законно, подписывает приказ на осуществление данного выезда, а также оговаривает о заработной плате за данный выезд ответственных лиц по месту работы педагога.
        Также, отправляя группу детей в выезд в природоохранную зону, директором центра даже не согласовывается маршрут с администрацией района, не ставятся в известность правоохранительные органы и МЧС, не оговариваются места разбивки и организации лагеря, хотя согласно инструкции №2 «Об организации и проведении туристических походов, экспедиций, экскурсий (путешествий) с обучающимися в ГОУ ДОД «Областной детско-юношеский центр», должен был быть маршрутный лист с контрольными сроками и пунктами на картографическом плане.
        Как видно из материалов дела педагоги имели возможность предотвращения трагедии, но ничего для этого не сделали. Согласно инструкции №2 «Об организации и проведении туристических походов, экспедиций, экскурсий (путешествий) с обучающимися в ГОУ ДОД «Областной детско-юношеский центр», к руководителям, заместителям руководителей с активным способом передвижения предъявляются те же требования, что и к руководителям, заместителям руководителей в соответствии со степенью (категорией) сложности, а также согласно п.4 «Руководитель и его заместитель, несут ответственность за жизнь, здоровье детей, за безопасное проведение похода». В данном выезде, за безопасное проведение похода, руководителями ничего не было сделано.
        «Опасное место стоянки (поворот реки с водоворотом течения реки более 1,2 м/сек, что и явилось причиной гибели подростков) руководители выезда выбрали сами (показания участников есть ), и не стали останавливаться на безопасной специально оборудованной площадке, куда первоначально подъезжали и приехали туда, когда произошла трагедия (показания есть).
        Во-вторых «первый раз согласно показаний участников выезда оказывается, что участник, которого впоследствии кинулся спасать мой сын, сразу по приезду пошел искупался (есть показания) и никто из педагогов на это не сделал ему замечания, а он подходил к ним весь мокрый, и кроме того и не запретили в дальнейшем делать подобные шаги. Кроме того, как видно из показаний педагога, этот факт вообще не отмечен, хотя он к ней подходил после первого купания. А так как ни кто ему не запретил купаться в одежде он снова пошел купаться в одежде вместе с другим участником выезда, который даже сказал ему, чтобы он разделся и успел с ним поплавать (объяснения есть).
        Согласно Инструкции №4 «Обеспечение безопасности жизни детей и предупреждение несчастных случаев на водоемах при проведении туристических мероприятий» п.11 «что крик, есть сигнал о помощи», и также согласно инструкции №2 «Об организации и проведении туристических походов, экспедиций, экскурсий (путешествий) с обучающимися в ГОУ ДОД «Областной детско-юношеский центр» п.4 руководитель перед началом похода должен проверить у участников похода наличие необходимых навыков и знаний, обеспечивающих безопасность, умение плавать, оказывать доврачебную помощь». Как интересно проверялись навыки и знания, обеспечивающие безопасность в время похода у участника, если он оказался в реке в одежде, наверно плыл за дровами. Так же в показаниях указано, что: «О купании в реке» педагог «ничего не говорила и разрешения не давала».

        Когда участник выезда стал тонуть, купаясь во второй раз в одежде (объяснения есть), то несовершеннолетний 14-летний участник, находящийся на берегу стал звать на помощь, то только две девочки сразу первыми побежали от установленных палаток на берег, и увидели что происходило на берегу, а потом уже одна из них побежала в лагерь и также стала звать на помощь, однако их крики о помощи были восприняты должностными лицами как шутка ( есть показания). В то время когда мой 16-ти летний сын поплыл на помощь товарищу один, так как хорошо плавал и знал как действовать в данной ситуации (Инструкция по организации и проведению туристических походов, экспедиций и экскурсий (путешествий) с учащимися, воспитанниками и студентами Российской Федерации (утв. Приказом Минобразования РФ от 13 июля 1992 г. №293, п.5.1 подпрункт 5.) и думал, что помощь придет вовремя, и, спасая его, утонул вместе с ним, так как руководители и не думали идти на помощь. Место стоянки было выбрано на не безопасном месте, о чем подтверждает наличие омута и поворот реки Тара в данном месте.
        Согласно инструкции по поведению на воде, крик у реки является сигналом о помощи. почему никто моего сына не остановил, Педагоги оказались у реки, когда часть детей была на другой стороне реки. Не исследован факт того, на каком основании мой ребенок без моего письменного согласия посещал кружок «Путь и шествие», как это требует устав ОблДЮЦ «дети принимаются в центр не на конкурсной основе, а по заявлениям родителей (законных представителей)». Я заявление о приеме моего сына в кружок «Путь и шествие» не писала.
        Кроме того, о существовании такого кружка «Путь и шествие» в показаниях участников выезда также ничего не указано, а указано выезд клуба «Надежда», в то время как разрешение на выезд кружка «Путь и шествие» ОблДЮЦ подписано директором, которая согласно Устава ОблДЮЦ, должностной инструкции директора вместе «с работниками центра обязана была сохранять жизнь и здоровье детей и несла ответственность перед родителями за свою деятельность в соответствии с действующим законодательством».
        Организация ОблДЮЦ не имевшая лицензию на данный вид деятельности, выплачивала зарплату педагогу кружка «Путь и шествие», не имея заявлений родителей, разрешающих посещать данное заведение, в котором с детьми занимались медитацией, о чем отмечено в плане выезда. Настоящее уголовное дело не является делом частного объявления и следователь, возбудивший дело публичного обвинения (по факту гибели), обязан был расследовать дело в полном объеме и привлечь всех виновных лиц, имеющих должностные обязанности по сохранению жизни несовершеннолетних детей. Педагоги через 2 месяца уволились по собственному желанию, когда было заведено дело уголовное. А государственная организация была объединена учредителем вместе с другими двумя организациями в другую организацию.
        Следователями было выделено отдельное дело по незаконной предпринимательской деятельности, но тоже ничего противозаконного не нашли. Хотя есть придрисания выше стоящих органов о нарушении в деятельности организации и даже стоял срок исполнения. но все осталось на бумаге.
        Расследование я считаю проводилось не объективно, уводя от ответственности виновных. Мой сын посмертно, после проведения своего разбирательства с Министерством, по документам имеющимся в деле, был представлен в 2007 г. к награде, Правительственным ограном была сделана про него передача, была оказана помощь при установки памятника. Следствием была проведена почерковедческая экспертиза только через 5 лет. В деле первоначально пробовали подвести по данным экспертизы по крови, что дети употребляли алкоголь. Но в ходе разбирательства по судебным делам установлено, что показатель 0,3 от употребления сока и лимонада. А педагоги на содержание алкоголя в крови даже и не исследовались. Так же в деле по органам якобы увозят два органа на иииседование, а приходит ответ о пяти органах. Адвокаты за это дело не берутся. И если можете то подскажите пожалуйста, в течение какого срока я могу обжаловать действия следователей как в у нас в стране, так и в европейском суде. Я пишу в прокуратуру жалобы на отмен решения следователей, в следственный комитет, потом в суд. Была на приеме в прокуратуре областной и в следственном комитете. Мне кажется, что следователи ведут расследование так, как будто мой сын был за все в ответе. С уважением. Заранее благодарна.

        • Уважаемая Ирина Михайловна!

          Приведенный Вами текст никак не соотносятся с предоставленными Вам разъяснениями.

          Вы не указали, правильны ли наши многочисленные предположения, которые мы вынуждены были ввести в отсутствие соответствующей информации в Вашем первом вопросе, в том числе касающиеся принятых по делу решений, стадии разбирательства, Вашей роли в нем. Вы не пояснили, почему Вам недоступна защита права Вашего сына на жизнь в порядке гражданского судопроизводства, не привели никаких претензий к судебному разбирательству, характер которого нам по-прежнему неизвестен (все Ваши рассуждения о том, что Вы не давали разрешения на участие в кружке/клубе, у организации отсутствовала соответствующая лицензия, не было маршрутного листа, а педагоги вели себя ненадлежащим образом, вероятно, призваны доказать наличие преступления, однако они не имеют отношения к праву на справедливое судебное разбирательство, которое гарантирует определенную процедуру производства по делу, но не определенный результат). В части претензий к эффективности расследования Вы лишь указали, что почерковедческая экспертиза была проведена через пять лет, но не написали, какое значение ее результаты, в том числе их срочное получение, имели с точки зрения исхода разбирательства (тем более, что в конце концов она все же была проведена), и отметили, что педагоги не проверялись на наличие алкоголя в крови, что действительно может иметь значение, учитывая, что выявить это можно только сразу после происшествия, однако определенно недостаточно для вывода о неэффективности расследования в целом (рассуждения об органах неясны, т.к. не указано, что это за органы, каково значение для разбирательства дела результатов их исследования).

          Мы не можем ответить на Ваш вопрос о сроках обжалования действий следователей на национальном уровне, т.к. он не относится к тематике нашего сайта.

          Что касается сроков обращения в Европейский Суд по правам человека, то мы также не можем их назвать. Их определение зависит от того, о каком нарушении или каких нарушениях идет речь, когда и кем они были допущены, носят ли эти нарушения длящийся характер, имеются ли от них внутригосударственные средства правовой защиты, а при наличии таковых, были ли они исчерпаны. Мы уже подробно излагали, почему на основе приведенной Вами информации мы не можем определить, имеют ли место какие-либо нарушения, без чего невозможно назвать сроки обращения с жалобой в Европейский Суд по правам человека.

          С уважением,

          Олег Анищик

  5. Любовь

    как мне узнать в какой стадии сейчас находится наша жалоба в европейский суд по правм человека? Мы уже ждём два года

  6. Уважаемая Любовь!

    О том, как узнать судьбу своей жалобы, поданной в Европейский Суд по правам человека, написано в разделе «Какова судьба моей жалобы, направленной в Европейский Суд?».

    С уважением,

    Олег Анищик

  7. Александр

    Олег,здравствуйте.
    На сайте ЕСПЧ нет образцов жалоб по гражданским искам.Означает ли это что по данным искам нельзя направлять жалобы.Действуют ли положения ст.6 Конвенции в части гражданских исков?

    • Уважаемый Александр!

      Гарантии пункта 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод распространяются на разбирательства «споров», к ходе которых «определяются» «гражданские» права и обязанности лица. Все слова, помещенные в кавычки, являются специальными терминами права Конвенции и наполняются содержанием за счет практики Европейского Суда по правам человека. Некоторые дела, которые в Российской Федерации называются гражданскими, подпадают под действие гарантий пункта 1 статьи 6 Конвенции, другие — нет.

      Что касается образцов жалоб в Европейский Суд по правам человека, размещенных на данном сайте, то они представлены лишь с целью создания общего представления о форме, структуре, логике жалоб, адресуемых Страсбургскому Суду. С этой точки зрения для нас не имеет значения, нарушений каких именно прав, гарантированных Конвенцией и (или) Протоколами к ней, они касаются. Однако на сайте имеются образцы жалоб на нарушения пункта 1 статьи 6 Конвенции при рассмотрении «спора о гражданских правах и обязанностях».

      С уважением,

      Олег Анищик

  8. Алла

    Добрый день!
    Мной была направлена жалоба и получена Вами, жалоба № 31101/09.
    Хотелось бы знать решение Суда, если уже состоялся,если нет, то на когда назначено заседание.
    По поиску никаких результатов не найдено.

  9. Зотов Константин

    Я отправил жалобу в июне 2006 года. После переписки с референтом и отправкой дополнительных материалов мне стала неизвестна судьба жалобы. Т.е. после последней переписки я больше никаких уведомлений не получал. № досье 37749/06. Как я могу узнать на каком этапе находиться моя жалоба.

  10. Уважаемый Олег,

    Спасибо за информацию. Не могли бы вы посоветовать как найти адвоката чтоб помог с подачей и дальнейшим ведения дела.

    А также не могли бы вы сообщить о времени подачи, мы на данный момент дошли до конституционного суда. Можно но ли на этом этапе подавать?

    С уважением,

    Руслан А.

    • Уважаемый Руслан!

      Мы не в полной мере понимаем, за что именно Вы нас благодарите, т.к. не смогли обнаружить никаких вопросов, заданных ранее на данном сайте с указанием Вашего e-mail, на которые мы предоставили бы ответ.

      Мы также не понимаем Ваш вопрос о «времени подачи». Мы можем лишь предположить, что речь идет о некоей жалобе, которую Вы хотите направить в Европейский Суд по правам человека. Если это так, то мы не можем ответить на Ваш вопрос, т.к. нам неизвестно, каких нарушений касается эта жалоба, какие средства правовой защиты от этих нарушений существуют на национальном уровне и имеются ли они в принципе, были ли эти средства защиты (при наличии таковых) исчерпаны, если да, то когда было получено «окончательное внутреннее решение», а при отсутствии внутригосударственных средств правовой защиты — когда имело место нарушение и носит ли оно характер длящейся ситуации. Ваше указание на то, что Вы «дошли до [К]онституционного [С]уда [РФ]», никак не может помочь ответить ни на одни из этих вопросов, т.к. конституционное правосудие в РФ может реализовываться вне какой бы то ни было (в т.ч. хронологической) связи с разбирательством дел в судах общей юрисдикции либо арбитражных.

      Мы также не располагаем сведениями об адвокатах, которые могли бы Вам помочь.

      С уважением,

      Олег Анищик