5 нарушений из-за помещения обвиняемого в металлическую клетку: Коммуникация

Дата коммуницирования жалобы: 26 ноября 2014 года.

Дата опубликования сведений о коммуницировании жалобы: 15 декабря 2014 года.

Название дела на русском языке: Валюженич против России.

Название дела на английском языке: Valyuzhenich v. Russia.

Номер жалобы: 10597/13.

Имя заявителя: Михаил Александрович Валюженич.


Краткая информация о фактических обстоятельствах дела и вопросах сторонам

Во время судебного разбирательства по предъявленному заявителю уголовному обвинению, которое завершилось вынесением 19 марта 2012 года обвинительного приговора, заявитель вместе с другим подсудимым был помещен в металлическую клетку. В клетке находилась только деревянная скамья. В ней не было стола, поэтому заявитель не мог делать записи во время разбирательства. Вооруженные охранники постоянно находились рядом с клеткой. Защитник заявителя мог подойти к клетке только с их разрешения. Все переговоры между заявителем и его защитником велись в присутствии охранников и второго подсудимого.

Заявитель также был помещен в металлическую клетку в СИЗО, когда 10 августа 2012 года принимал участие в заседании суда второй инстанции путем использования систем видеоконференц-связи.

Жалоба в ЕСПЧ была подана заявителем 05 февраля 2013 года.

ЕСПЧ поставил перед сторонами разбирательства — заявителем и российскими властями — следующие вопросы:

1. Подвергся ли заявитель унижающему достоинство обращению в нарушение статьи 3 Конвенции в связи с помещением в металлическую клетку во время рассмотрения его уголовного дела?

Речь идет о нарушении, аналогичном признанному Постановлением Большой Палаты ЕСПЧ по делу «Свинаренко и Сляднев против России» (Svinarenko and Slyadnev v. Russia, жалобы NN 32541/08 и 43441/08) от 17 июля 2014 года.

2. Имелись ли в распоряжении заявителя эффективные средства правовой защиты по отношению к жалобе на нарушение статьи 3 Конвенции, как того требует статья 13 Конвенции?

3. Представляло ли помещение заявителя в металлическую клетку во время разбирательства по делу в суде первой инстанции и помещение его в металлическую клетку при принятии участия в рассмотрении дела судом второй инстанций — посредством систем видеоконференц-связи — длящуюся ситуацию?

По изложению фактов понятно, что заявитель пропустил шестимесячный срок на обращение в ЕСПЧ с жалобой на нарушение статьи 3 Конвенции, предположительно допущенное в связи с помещением его в металлическую клетку во время рассмотрения дела судом первой инстанции, если оно не образует единую длящуюся ситуацию с помещением его в клетку в СИЗО для участия в рассмотрении дела судом второй инстанции (даже при условии вывода об отсутствии внутренних средств правовой защиты от такого рода нарушения).

В Постановлении по делу Свинаренко и Сляднева ЕСПЧ пришел к выводу, что постоянное помещение в металлическую клетку представляет собой длящуюся ситуацию (см. пункт 86). При этом ЕСПЧ признал жалобу неприемлемой — как поданную с пропуском шестимесячного срока — в отношении периодов рассмотрения дела судом первой инстанции первые два раза (всего дело рассматривалось три раза из-за двух отмен приговора; о помещении в клетку при рассмотрении дела судом второй инстанции речи не шло), указав, что в отсутствие средств правовой защиты жалоба в отношении длящейся ситуации должна быть подана не позднее шести месяцев со дня ее завершения, в то время как это правило соблюдается только применителеьно к третьему рассмотрению уголовного дела заявителей. Из чего следует, что ЕСПЧ не посчитал все разбирательство по делу, включающее три рассмотрения этого дела судом первой инстанции, единой длящейся ситуацией.

4. Повлекло ли помещение заявителя в металлическую клетку во время рассмотрения его уголовного дела нарушение права на справедливое судебное разбирательство, которое гарантировано статьей 6 Конвенции? В частности:

(а) Была ли соблюдена презумпция невиновности, гарантированная пунктом 2 статьи 6 Конвенции, в связи с помещением заявителя в металлическую клетку во время разбирательства по его уголовному делу?

При этом ЕСПЧ предложил сравнить ситуацию с описанной в Постановлении по делу «Ашот Арутюнян против Армении» (Ashot Harutyunyan v. Armenia, жалоба N 34334/04) от 15 июня 2010 года, в котором Страсбургский Суд пришел к выводу о соблюдении презумпции невиновности помещенного в металлическую клетку заявителя, отметив, что в клетку помещались все обвиняемые, а потому речь не идет о том, что суд поместил его в клетку, т.к. считал виновным. К этому следует добавить, что по делу Ходорковского и Лебедева ЕСПЧ пришел к выводу об отсутствии необходимости рассмотрения жалобы на нарушение пункта 2 статьи 6 Конвенции в связи с помещением заявителей в клетку, поскольку этот фактор уже был учтен в рамках вывода о нарушении подпункта С пункта 1 статьи 6  Конвенции (см. пункты 647—649 и 741—744 Постановления ЕСПЧ по делу «Ходорковский и Лебедев против России» (Khodorkovskiy and Lebedev v. Russia, жалобы NN 11082/06 и 13772/05) от 25 июля 2013 года.

(b) Имел ли заявитель достаточные возможности для подготовки своей защиты, как того требует подпункт B пункта 1 статьи 6 Конвенции? Чем была оборудована металлическая клетка в зале судебного заседания? Был ли заявителю предоставлен стол как другим участникам судебного разбирательства? Имелась ли у него достаточная возможность делать записи во время суда?

(c) Имел ли заявитель возможность защищать себя лично или через посредство выбранного им самим защитника, как того требует подпункт С пункта 1 статьи 6 Конвенции? Что было сделано для обеспечения заявителю возможности консультироваться со своим защитником? Мог ли заявитель конфиденциально общаться со своим защитником во время судебного разбирательства?

Применительно к этому вопросу ЕСПЧ сослался на пункты 741—744 названного выше Постановления ЕСПЧ по делу Ходорковского и Лебедева (хотя речь скорее должна идти про пункты 647—649). Этим Постановлением ЕСПЧ признал нарушение названного права заявителей в связи с тем, что они не имели возможности общаться со своими защитниками конфиденциально — из-за постоянного присутствия охраны рядом с металлической клеткой, куда они были помещены, и адресованного адвокатам требования соблюдать определенную дистанцию между ними и клеткой.

Напомню, что вопрос о соответствии статье 3 Конвенции помещения подозреваемых и обвиняемых в «аквариумы» в залах судебных заседаний — отличающиеся от металлических клеток — будет рассмотрен ЕСПЧ в рамках дела «Pussy Riot». Правда, применительно к этому делу ЕСПЧ прямо обращает внимание на два дополнительных — к собственно «аквариуму» — фактора: повышенные меры безопасности и большое общественное внимание к делу. При этом помещение Алехиной, Толоконниковой и Смуцевич в «аквариум» будет рассмотрено и в аспекте нарушения статьи 6 Конвенции, гарантирующей справедливость судебного разбирательства по предъявленному им уголовному обвинению. В частности, Мария, Надежда и Екатерина утверждали, что между «аквариумом» и столом, за которым сидели защитники, находилось до семи сотрудников полиции и судебных приставов с собакой (которая при этом лаяла и вела себя беспокойно, чем мешала защитникам). Поэтому конфиденциальное общение с защитниками было практически невозможно. Причем общение с защитниками было возможно только через окошко «аквариума» размером 15 х 60 см, для использования которого им приходилось наклоняться, поскольку оно располагалось на высоте всего одного метра от пола. Так как окошко было маленьким, им приходилось общаться со своими защитниками по очереди. Кстати, в особом мнении Судей Николау и Келлер, приобщенном к Постановлению Большой Палаты ЕСПЧ по делу «Свинаренко и Сляднев против России», отмечено, что тенденция замены клеток на «аквариумы» может поднять вопрос о нарушении статьи 6 Конвенции как в части требований процессуальной справедливости, так и в части презумпции невиновности.

Вопросы, касающиеся каких-либо других нарушений, перед сторонами разбирательства не поставлены. Обратите внимание, что если вопросы, заданные сторонам разбирательства, не касаются тех или иных нарушений, которые были изложены в жалобе (дополнениях к ней), то это означает, что в этой части жалоба либо уже объявлена неприемлемой, о чем заявитель или его представитель должны быть уведомлены письмом, либо будет объявлена неприемлемой со стопроцентной вероятностью. Продолжить чтение…

Решения ЕСПЧ по жалобам против России — июль 2014 г.

<<<ИЮНЬ

АВГУСТ>>>

01 июля 2014 года

Пилотное Постановление Европейского Суда по правам человека по делу «Герасимов и другие против России» (Gerasimov and Others v. Russia, жалобы NN 29920/05, 3553/06, 18876/10, 61186/10, 21176/11, 36112/11, 36426/11, 40841/11, 45381/11, 55929/11 и 60822/11):

  • нарушение статьи 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в связи с отсутствием эффективного средства правовой защиты в отношении неисполнения или чрезмерно длительного исполнения судебных актов, принятых в пользу заявителей;
  • нарушение статьи 6 Конвенции в связи с длительным неисполнением судебных актов в пользу заявителей;
  • нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в отношении Шмакова, Котылевой, Захарченко, Илницкой, Гринко и Антоновой;
  • государство-ответчик должно без промедления обеспечить исполнение судебных актов в отношении Костылевой и Гринко;
  • заявителям присуждена справедливая компенсация морального вреда (2625 евро — Герасимовой, 9000 евро — Шмакову, 5000 евро — Барановой, 7300 евро — Костылевой, 900 евро — Старостенкову, 9000 евро — Захарченко, 3500 евро — Трошиной, 2600 евро — Илницкой, 9000 евро — Гринко, 6500 евро — Антоновой, 3900 евро — Цветковой) и издержек (1917 евро — Костылевой, 50 евро — Гринко);
  • в остальной части жалобы объявлены неприемлемыми;
  • признанные нарушения вытекают из несовместимой с Конвенцией практики отказа государства выполнять наложенные на него судебными актами обязательства в натуре, применительно к которой пострадавшие не располагают эффективным внутригосударственным средством правовой защиты;
  • государство-ответчик в сотрудничестве с Комитетом Министров Совета Европы должно в соответствии с конвенционными принципами, сформулированными в практике ЕСПЧ, создать в течение года со дня вступления в силу настоящего Постановления эффективное внутреннее средство правовой защиты или систему таковых с тем, чтобы обеспечить надлежащее и достаточное искоренение проблемы неисполнения или чрезмерно длительного исполнения судебных актов, налагающих на лиц, за которые государство несет ответственность, обязательства в натуре;
  • государство-ответчик в течение двух лет со дня вступления в силу настоящего Постановления должно предоставить компенсацию всем жертвам длительного неисполнения судебных актов, налагающих на лиц, за которые государство несет ответственность, обязательства в натуре, если они обратились в ЕСПЧ до дня оглашения настоящего Постановления и их жалобы коммуницированы или будут коммуницированы властям государства-ответчика;
  • в ожидании исполнения указанных мер ЕСПЧ откладывает на период до двух лет со дня вступления в силу настоящего Постановления производство по всем жалобам, касающимся неисполнения или чрезмерно длительного исполнения судебных актов, налагающих на лиц, за которые государство несет ответственность, обязательства в натуре, сохраняя за собой право объявить любую такую жалобу неприемлемой или исключить ее из списка подлежащих рассмотрению дел на основании мирового соглашения или разрешения спора иным образом

См. также пресс-релиз ЕСПЧ на русском языке

 

Продолжить чтение…