Султыгов и другие против России (Чечня): Постановление ЕСПЧ

Наименование дела на русском языке: Султыгов и другие против России

Наименование дела на английском языке: Sultygov and Others v. Russia

Дата оглашения Постановления: 09 октября 2014 года

Выводы ЕСПЧ (единогласно):

  • объединить жалобы в одно производство;
  • отклонить возражения властей, касающиеся отсутствия у заявителей права на обращение в суд (locus standi) в отношении жалоб «Султыгов и другие против России» и «Идигов против России»;
  • объединить с рассмотрением жалобы по существу рассмотрение возражений властей о неприменимости статьи 2 Конвенции и отклонить эти возражения;
  • объявить жалобы в части, касающейся статей 2, 3, 5 и 13 Конвенции, приемлемыми, а в остальной части — неприемлемыми;
  • признать нарушения статьи 2 Конвенции по существу в отношении родственников заявителей;
  • признать процедурные нарушения статьи 2 Конвенции в связи с непроведением расследования обстоятельств исчезновения родственников заявителей;
  • признать нарушения статьи 3 Конвенции в отношении заявителей в связи с исчезновением их родственников и реакцией властей на их страдания;
  • признать, что отсутствует необходимость отдельного рассмотрения вопроса о нарушении статьи 3 Конвенции в связи с предположительным жестоким обращением в отношении Алихана Султыгова и Висади Самраилова;
  • признать нарушения статьи 5 Конвенции в отношении родственников заявителей в связи с незаконным лишением их свободы;
  • признать нарушения статьи 13 Конвенции в сочетании со статьями 2 и 3 Конвенции;
  • присудить справедливую компенсацию убытков в размере 202000 евро, морального вреда в размере 1080000 евро и издержек в размере 32900 евро (распределение компенсации изложено в Приложении II к Постановлению);
  • отказать в удовлетворении требований о справедливой компенсации в оставшейся части.

Продолжить чтение…

Государство должно отвечать по долгам некоторых МУПов: Постановление ЕСПЧ

Наименование дела на русском языке: Лисейцева и Маслов против России

Наименование дела на английском языке: Liseytseva and Maslov v. Russia

ФИО заявителей: Иря Яковлевна Лисейцева и Сергей Михайлович Маслов

Номера жалоб: 39483/05 и 40527/10

Дата оглашения Постановления: 09 октября 2014 года

Дело касается безуспешной попытки заявителей взыскать задолженность по заработной плате, присужденную им в рамках споров с обанкротившимися позже муниципальными унитарными предприятиями, с муниципальных властей, которым эти МУПы принадлежали.

Выводы ЕСПЧ (единогласно):

  • объединить жалобы в одно производство;
  • объединить рассмотрение возражений властей государства-ответчика о неисчерпании заявителями внутренних средства правовой защиты от неисполнения вступивших в законную силу судебных актов в их пользу с рассмотрением по существу жалобы на нарушение статьи 13 Конвенции и отклонить эти возражения;
  • объединить рассмотрение возражений властей государства-ответчика ratione personae, касающихся ответственности государства по долгам муниципальных предприятий, с рассмотрением по существу жалобы на нарушение статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в связи с неисполнением вступивших в законную силу судебных актов в пользу заявителей и отклонить эти возражения;
  • объявить жалобы в части, касающейся нарушений статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в связи с неисполнением вступивших в законную силу судебных актов в пользу заявителей и нарушений статьи 13 Конвенции, приемлемыми, а в остальной части — неприемлемыми;
  • признать нарушение статьи 13 Конвенции в связи с отсутствием внутренних средств правовой защиты в отношении неисполнения вступивших в законную силу судебных актов в пользу заявителей. ЕСПЧ подробно проанализировал все возражения российских властей, утверждавших, что различные внутренние средства правовой защиты доступны на национальном уровне, и отклонил каждое из них;
  • признать нарушение статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в связи с неисполнением вступивших в законную силу судебных актов в пользу заявителей.

ЕСПЧ не нашел достаточных оснований для вывода о том, что государство несет ответственность за все муниципальные унитарные предприятия.

Однако он нашел основания для такого вывода в отношении тех конкретных муниципальных унитарных предприятий, о которых идет речь в жалобах заявителей.

Дело Маслова касается МУПа, основной сферой деятельности которого являлось отопление и водоснабжение. Это жизненно важные для местного населения услуги. В отношении объектов коммунальной инфраструктуры, относящихся к системам жизнеобеспечения, Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрены отдельные нормы. В частности, такое имущество реализуется только по конкурсу, а обязательным условием такого конкурса являются обязательства покупателей обеспечивать надлежащее содержание и использование указанных объектов в соответствии с их целевым назначением, а также выполнение иных устанавливаемых в соответствии с законодательством РФ обязательств. По мнению Конституционного Суда РФ, отношения, связанные с обеспечением функционирования и сохранения целевого назначения таких объектов, носят публично-правовой характер. Тарифы на отопление и водоснабжение устанавливались местной администрацией. И, как было установлено в ходе разбирательств на национальном уровне, тарифная политика властей оказала значительное влияние на финансовое состояние предприятия. Более того, в 2005-06 годах администрация передала часть имущества этого МУПа другому, вновь созданному предприятию для выполнения им той же самой функции, а долги по заработной плате оставила на старом предприятии. Что и привело к невозможности удовлетворения требований заявителя из имущества обанкротившегося предприятия, оказавшегося недостаточным. Таким образом, по мнению ЕСПЧ, государство в значительной степени осуществляло контроль над муниципальным унитарным предприятием, являющимся должником по отношению к заявителю. Это предприятие не обладало в достаточной степени институциональной и операционной независимостью от муниципальных властей.

Что касается дела Лисейцевой, то там речь шла о транспортном муниципальном унитарном предприятии. Оно оказывало населению услуги общественного транспорта. В том числе бесплатно. Эти услуги впоследствии должны были оплачиваться властями. Однако некоторые органы власти свои обязательства перед МУПом не выполнили. Кроме того, как и по делу Маслова, имущество предприятия было передано муниципальными властями вновь созданному транспортному МУПу, в то время как долги по заработной плате были оставлены на старом предприятии. По мнению ЕСПЧ, этого достаточно, чтобы прийти к выводу об ответственности государства по долгам этого муниципального унитарного предприятия;

  • присудить справедливую компенсацию убытков Лисейцевой — в размере 338 евро, Маслову — 2020 евро, морального вреда Лисейцевой — 3000 евро, Маслову — 1500 евро и издержек Лисейцевой — 11 евро, Маслову — 477 евро;
  • отказать в удовлетворении требований о справедливой компенсации в оставшейся части

См. также: Пример ГУПа, за которое государство не несет ответственности

Продолжить чтение…

Прием родов при студентах без согласия пациентки — нарушение: Постановление ЕСПЧ

Наименование дела на русском языке: Коновалова против России

Наименование дела на английском языке: Konovalova v. Russia

ФИО заявителя: Евгения Алексеевна Коновалова

Номер жалобы: 37873/04

Дата оглашения Постановления: 09 октября 2014 года

Выводы ЕСПЧ (единогласно):

  • объявить жалобу на предполагаемое нарушение права на уважение личной жизни заявительницы приемлемой, а в остальной части — неприемлемой;
  • нарушение статьи 8 Конвенции по следующим причинам.

По мнению ЕСПЧ, присутствие во время родов заявительницы в Санкт-Петербургской Военно-медицинской академии им. С.М. Кирова студентов-медиков, которые имели доступ к конфиденциальной информации о состоянии ее здоровья, было достаточно чувствительным, чтобы представлять собой вмешательство в право на уважение личной жизни заявительницы.

В соответствии со статьей 8 Конвенции такое вмешательство должно быть, в частности, предусмотрено законом.

И в принципе такое вмешательство было основано на законе. Статья 54 действовавших в то время — в 1999 году — «Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан» предусматривала:  «Студенты высших и средних медицинских учебных заведений допускаются к участию в оказании медицинской помощи гражданам в соответствии с программами обучения под контролем медицинского персонала, несущего ответственность за их профессиональную подготовку, в порядке, устанавливаемом федеральным органом исполнительной власти в области здравоохранения».

Однако, по мнению ЕСПЧ, эта норма являлась слишком общей. И ее целью было предоставление студентам допуска к участию в оказании медицинской помощи как части их обучения. Национальное законодательство, действовавшее в то время, не содержало никаких гарантий защиты права пациентов на уважение их личной жизни. Порядок допуска студентов высших и средних медицинских учебных заведений к участию в оказании медицинской помощи гражданам был утвержден Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ N 30 только 15 января 2007 года. Лишь после вступления его в силу участие студентов в оказании медицинской помощи гражданам должно было осуществляться с согласия пациентов или их законных представителей.

По состоянию на 1999 год проблема с законодательством усугублялась отношением медицинских работников и судей к данному вопросу. В частности, брошюра, выпущенная медицинской академией и врученная заявительнице, содержала лишь краткое упоминание об участии студентов-медиков в «процессе обучения», без указания на существо и пределы их участия. Более того, участие студентов-медиков было представлено как обязательное, в отношении которого заявительница не имела никакого права выбора. Что еще более важно, национальные суды, отказавшие заявительнице в удовлетворении ее исковых требований к медицинской академии, не приняли во внимание ни недостаточность информации, содержавшейся в выпущенной академией брошюре, ни уязвимое состояние заявительницы, у которой начались схватки и которую погружали в медикаментозный сон, на момент предупреждения о возможном участии в программе обучения студентов-медиков, ни возможность прибегнуть к другому варианту обучения студентов на случай возражения заявительницы против их участия в ее родах.

Поэтому ЕСПЧ пришел к выводу, что присутствие студентов-медиков во время родов заявительницы в нарушение статьи 8 Конвенции не соответствовало национальному закону, принимая во внимание отсутствие в нем процедурных гарантий против произвольного вмешательства в право на уважение личной жизни;

  • присудить справедливую компенсацию морального вреда в размере 3000 евро и издержек в размере 200 евро;
  • отказать в удовлетворения требований о справедливой компенсации в оставшейся части

Следует обратить внимание, что на сегодняшний день и «Основы законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан» и даже Приказ Министерства здравоохранения и социального развития РФ N 30 от 15 января 2007 года утратили силу. Согласно части 9 статьи 21 действующего Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», «[п]ри оказании гражданам медицинской помощи в рамках практической подготовки обучающихся по профессиональным образовательным программам медицинского образования пациент должен быть проинформирован об участии обучающихся в оказании ему медицинской помощи и вправе отказаться от участия обучающихся в оказании ему медицинской помощи. В этом случае медицинская организация обязана оказать такому пациенту медицинскую помощь без участия обучающихся».

См. также: «ЕСПЧ: нарушение в реализации запрета изымать органы близких»

Продолжить чтение…