ЕСПЧ спросил о качестве новых кассации и надзора по ГПК РФ

Обратите внимание:

Решение ЕСПЧ по этому делу опубликовано 04 июня 2015 года.

Сегодня ЕСПЧ опубликовал сведения о коммуницировании жалоб, объединенных в производство под названием “Абрамян против России и 1 другая жалоба” (Abramyan v. Russia and 1 other application, жалобы NN 38951/13 и 59611/13, поданные Робертом Абрамяном, а также Сергеем и Алексеем Якубовскими соответственно).

В рамках этого дела ЕСПЧ прямо поставил вопросы о качестве кассации и надзора, предусмотренных действующим ГПК РФ, т.е. введенных Федеральным законом N 353-ФЗ от 09 декабря 2010 года, вступившим в соответствующей части в силу 01 января 2012 года. ЕСПЧ попросил власти Российской Федерации пояснить, устранил ли новый закон проблемы “старого надзора”, – в частности, применявшейся ранее процедуры рассмотрения надзорных жалоб Верховным Судом РФ, – отмеченные ЕСПЧ в Решении по вопросам приемлемости жалобы «Мартынец против России» (Martynets v. Russia, N 29612/09) от 5 ноября 2009 года. В нем Страсбургский Суд пришел к выводу, что обращение в суды надзорной инстанции в порядке, предусмотренном ГПК РФ в редакции Федерального закона N 330-ФЗ от 4 декабря 2007 года, вступившего в силу 08 января 2008 года (с учетом Постановления Конституционного Суда РФ от 05 февраля 2007 года N 2-П и Постановления Пленума Верховного Суда от 12 февраля 2008 года N 2), не является средством правовой защиты в смысле пункта 1 статьи 35 Европейской Конвенции, поскольку, несмотря на сокращение срока на обращение в суды надзорной инстанции до 6 месяцев, а также изменение полномочий председателей судов уровня субъекта федерации, ЕСПЧ остался неудовлетворенным тем, что сохранилось несколько «ступеней» надзорного разбирательства, у Председателя Верховного Суда РФ и его заместителей остались особые полномочия в области надзорного производства, не ограниченные явно какими-либо временны́ми рамками, а 6-месячный срок на обращение в суд надзорной инстанции исчислялся таким образом, что делал общий срок разбирательства по делу практически неопределенным.

Дело заявителей не касается прямо обращения в Президиум Верховного Суда РФ, т.к. ГПК РФ не предусматривает в их случае возможности подачи надзорной жалобы. Однако Секретариат ЕСПЧ включил в изложение фактов по делу описание новой процедуры обращения в Президиум Верховного Суда РФ. А заданный властям Российской Федерации и приведенный выше вопрос можно интерпретировать как касающийся одновременно и “новой кассации”, и “нового надзора”, предусмотренных действующим ГПК РФ.

Кроме того того, перед сторонами разбирательства – заявителями и российскими властями также поставлен вопрос о том, является ли нарушением принципа правовой определенности отмена президиумом областного суда в порядке “новой кассации” апелляционного определения, принятого в пользу заявителей. Составляющей принципа правовой определенности является принцип res judicata, согласно которому сторона разбирательства не должна иметь права на пересмотр окончательного решения, если только речь не идет о необходимости исправления фундаментальных дефектов производства по делу или действительно серьезных судебных ошибок. При этом res judicata – это всегда вступивший в законную силу судебный акт (это общее название как для принципа, так и для соответствующего решения суда). Но не любой вступивший в законную силу судебный акт – это res judicata. Так, например, в Постановлении ЕСПЧ по делу «Сергей Золотухин против России» (Sergey Zolotukhin v. Russia, жалоба N 14939/03) от 10 февраля 2009 года (пункт 107) указано, что решение считается res judicata, если на национальном уровне нет внутренних средств правовой защиты от него (от нарушений, которые могли быть допущены при его принятии, в рамках производства, завершившегося его принятием) либо такие средства исчерпаны (или истек срок на то, чтобы прибегнуть к таким средствам). Исключительные средства правовой защиты (extraordinary remedies) при этом не учитываются (там же, пункт 108). Конечно, это толкование дается применительно к статье 4 Протокола N 7 к Европейской Конвенции, – а не к статье 6 Европейской Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к ней, возможных нарушений которых касаются жалобы Абрамяна и Якубовских, – взято из Пояснительной записки к Протоколу N 7 и основано на Европейской конвенции о международной действительности судебных решений по уголовным делам 1970 года. Однако, например, Постановлением ЕСПЧ по делу «Пениас и Ортмайр проти в Австрии» (Penias and Ortmair v. Austria, жалобы NN 35109/06 и 38112/06) от 18 октября 2011 года (пункты 55, 60, 62—69) подтверждается, что аналогичной логике ЕСПЧ следует и применительно к жалобам на нарушение принципа правовой определенности отменой окончательного, т.е. res judicata, решения по делу. Более того, из практики применения пункта 1 статьи 35 Европейской Конвенции следует, что окончательным решением по делу в смысле этой статьи признается решение, в отношении которого нет обычных средств правовой защиты, или решение, принятое по результатам обращения к внутренним средствам правовой защиты (последнему из них, если их несколько). Таким образом, окончательное решение по делу в смысле пункта 1 статьи 35 Европейской Конвенции – это то же самое, что res judicata (с оговоркой, что решение, в отношении которого есть внутренние средства правовой защиты, но они не исчерпаны надлежащим образом и возможность их исчерпания утрачена, не признается окончательным решением – именно в смысле пункта 1 статьи 35 Европейской Конвенции, поскольку эта статья также требует исчерпания внутренних средств правовой защиты, — но при этом является res judicata). Это подтверждается мотивировкой названного выше Постановления по делу Пениаса и Ортмайра. Соответственно, поставленный ЕСПЧ вопрос может  быть дополнен – с сохранением смысла – следующим образом: является ли нарушением принципа правовой определенности отмена президиумом областного суда в порядке “новой кассации” принятого в пользу заявителей апелляционного определения по делу, являющегося (предположительно) res judicata, т.е. решением, в отношении которого на национальном уровне нет средств правовой защиты. В такой формулировке сразу очевидно, что и в этом вопросе скрывается подвопрос о том, являются ли внутренним средством правовой защиты в смысле пункта 1 статьи 35 Европейской Конвенции обращения в суды кассационной инстанции в порядке, предусмотренном действующим ГПК РФ.

Жалобы Абрамяна и Якубовских могут быть объявлены неприемлемыми в случае признания, что обращения в суды кассационной инстанции в порядке, предусмотренном действующим ГПК РФ, не являются внутренними средствами правовой защиты. Объясняется это тем, что если обращения в указанные суды не являются таковыми, то от отмены апелляционного определения областным судом по результатам рассмотрения кассационной жалобы другой стороны разбирательства, – что имело место в их деле, – нет внутренних средств правовой защиты. Соответственно, шестимесячный срок на обращение в ЕСПЧ по общему правилу исчисляется со дня принятия решения об отмене апелляционного определения (и в любом случае начинает течь не позже дня, следующего за днем получения заявителями копии постановления президиума областного суда, если его мотивировка имеет значение для определения оснований подачи жалобы в ЕСПЧ; см., mutatis mutandis, Постановление ЕСПЧ по делу “Грошев против России” (Groshev v. Russia, жалоба N 69889/01) от 20 октября 2005 года (пункты 20—24)). Постановление президиума областного суда было вынесено 29 августа 2012 года. Соответственно, шестимесячный срок на обращение в ЕСПЧ, исчисленный по общему правилу, при условии отсутствия внутренних средств правовой защиты истек 28 февраля 2013 года (или во всяком случае вскоре после этого, если исчислять указанный срок со дня получения копии постановления президиума). Однако заявители обратились в ЕСПЧ 21 апреля 2013 года (Якубовские) и 05 июня 2013 года (Абрамян). При этом отказ судьи Верховного Суда РФ в передаче их кассационной жалобы на рассмотрение в заседании суда кассационной инстанции датирован 05 октября 2012 года, а отказ заместителя Председателя Верховного Суда РФ выразить свое несогласие с определением Судьи Верховного Суда РФ – 27 декабря 2012 года. Даты получения заявителями этих актов в изложении Секретариатом ЕСПЧ фактов дела, к сожалению, не названы, что не дает возможности определить, как исчислять шестимесячный срок, если обращение с кассационной жалобой и к Председателю Верховного Суда РФ считать внутренними средствами правовой защиты. Однако очевидно, что жалобы заявителей могут быть признаны удовлетворяющими правилу о шестимесячном сроке лишь в случае, если копии соответствующих актов получены ими не позже 21 октября 2012 года (применительно к Якубовским) и 05 декабря 2012 года (применительно к Абрамяну).

Ранее, в апреле 2011 года, когда Федеральный закон N 353-ФЗ от 09 декабря 2010 года уже существовал, но еще не вступил в силу, – ЕСПЧ дополнительно ставил перед сторонами разбирательства по уже коммуницированным жалобам, объединенным в производство под названием «Рябкин и другие жалобы против России» (Ryabkin and other applications against Russia, жалобы NN 52166/08 и др.), вопрос о том, исправил ли новый закон проблемы, свойственные старому надзору, но решение по этому делу ЕСПЧ также пока не принял. Однако никакого решения по этому делу пока не принято.

Напомню, что в связи с отсутствием на сегодняшний день (на протяжении уже почти двух лет) решения ЕСПЧ, которое позволило бы однозначно судить о том, считаются ли внутренними средствами правовой защиты в смысле пункта 1 статьи 35 Европейской Конвенции предусмотренные действующим ГПК РФ обращения в суды кассационной инстанции, к Председателю Верховного Суда РФ в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 381 ГПК РФ, в Президиум Верховного Суда РФ и к Председателю Верховного Суда РФ в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 391.5 и частью 1 статьи 391.11 ГПК РФ, до принятия ЕСПЧ соответствующего решения их следует рассматривать в качестве спорных средств правовой защиты от нарушений, которые могут быть признаны и исправлены в результате обращения с кассационными и надзорными жалобами. Таким образом, их не следует учитывать при исчислении шестимесячного срока на обращение в ЕСПЧ с жалобой на нарушения, предположительно допущенные нижестоящими судами, – другими словами, исчислять срок так, как если бы возможности подачи кассационных и надзорных жалоб, обращения к Председателю Верховного Суда РФ не было, – однако подавать все эти жалобы и обращения, – конечно, только те, подача которых по конкретному делу допускается ГПК РФ, – и незамедлительно после вынесения решения по ним сообщать о результатах в Секретариат ЕСПЧ (или делать это прямо в жалобе, если решения или часть их них получены до ее подачи). Только это позволит заявителям обезопасить себя от последствий как признания обращения с кассационными и надзорными жалобами и к Председателю Верховного Суда РФ внутренними средствами правовой защиты от нарушений, предположительно допущенных нижестоящими судами, так и от непризнания их таковыми ЕСПЧ.

Метки , , , , , , . Закладка постоянная ссылка.

Возможность комментирования заблокирована.