Узники Болотной (Акименков и другие): Новая коммуникация

Дата коммуницирования жалоб: 13 октября 2014 года.

Дата опубликования сведений о коммуницировании жалоб: 03 ноября 2014 года.

Название дела на русском языке: Акименков против России и 4 другие жалобы.

Название дела на английском языке: Akimenkov v. Russia and 4 other applications.


Краткая информация о фактических обстоятельствах дела и вопросах сторонам

Жалобы касаются задержания и привлечения заявителей к уголовной ответственности в связи с событиями на Болотной площади 06 мая 2012 года.

ЕСПЧ поставил перед сторонами разбирательства — заявителями и властями Российской Федерации — следующие вопросы.

Вопросы, касающиеся демонстрации 06 мая 2012 года

1. Были ли по настоящему делу исполнены обязательства властей предпринять необходимые меры по обеспечению мирного проведения законных демонстраций, как того требует статья 11 Конвенции (см. Oya Ataman v. Turkey, no. 74552/01, § 35, ECHR 2006-XIII)? Властям предложено представить документы, касающиеся согласования проведения демонстрации на Болотной площади 06 мая 2012 года, мер по обеспечению безопасности и управлению толпой, предпринятых до, во время и после демонстрации.

2. На каком основании власти потребовали прекратить демонстрацию? Было ли решение прекратить демонстрацию вызвано серьезными нарушениями общественного порядка, была ли установлена причина нарушений общественного порядка?

3. Если во время демонстрации имели место серьезные нарушения общественного порядка, соответствовала ли реакция властей характеру и масштабам нарушений? В частности, было ли оправданным решение прекратить и разогнать демонстрацию?

4. Имело ли место расследование событий на Болотной площади 06 мая 2012 года? Если да, то властям государства-ответчика необходимо представить результаты расследования и все относимые документы и видеозаписи, а также протоколы судебных заседаний по делу заявителей.

Вопросы, касающиеся всех заявителей

В отношении каждого из заявителей властям государства-ответчика предложено предоставить ответы на следующие вопросы:

1. Принимая во внимание конкретные претензии заявителя в отношении задержания и последующего привлечения к уголовной ответственности, имело ли место вмешательство в принадлежащую заявителю свободу собраний по смыслу пункта 1 статьи 11 Конвенции? Если да, то было ли вмешательство предусмотрено законом и необходимо по смыслу пункта 2 статьи 11 Конвенции?

2. Представляли ли собой те же меры вмешательство в принадлежащую заявителю свободу выражения мнения по смыслу пункта 1 статьи 10 Конвенции? Если да, то было ли вмешательство предусмотрено законом и необходимо по смыслу пункта 2 статьи 10 Конвенции?

3. Были ли меры по обеспечению безопасности и управлению толпой предприняты, а физическая свобода заявителей ограничена с целью посягательства на их свободу собраний и свободу выражения мнения в нарушение статьи 18 Конвенции (см. Gusinskiy v. Russia, no. 70276/01, ECHR 2004IV)?

4. Соответствовали ли условия содержания заявителей в Мосгорсуде и Никулинском районном суде г. Москвы требованиям статьи 3 Конвенции (см., в частности, Svinarenko and Slyadnev v. Russia [GC], nos. 32541/08 and 43441/08, 17 July 2014)? При ответе на этот вопрос властям не нужно воспроизводить информацию, уже представленную в рамках рассмотрения дела “Акименков против России и 6 других жалоб” и “Луцкевич против России и 3 других жалобы”, которые Суд примет во внимание при рассмотрении данного дела.

Вопросы, касающиеся отдельных заявителей

В отношении Белоусова, Луцкевич и Зимина властям государства-ответчика предложено предоставить ответы на следующие вопросы:

1. Принимая во внимание конкретные претензии заявителя, было ли разбирательство по уголовному делу справедливым и проведенным независимым и беспристрастным судом в соответствии с пунктом 1 и подпунктами B и C пункта 3 статьи 6 Конвенции?

2. По делу Белоусова, принимая во внимание претензии, заключающиеся в том, что ключевой свидетель обвинения – сотрудник полиции Ф. был представлен заявителю до предъявления заявителя ему для опознания, а также в том, что показания указанного свидетеля [об этом] не были оглашены в судебном заседании [несмотря на ходатайство защиты], было ли разбирательство по уголовному делу справедливым, как того требует пункт 1 и подпункт D пункта 3 статьи 6 Конвенции? Продолжить чтение…