ЕСПЧ: Россия должна признать однополые союзы

Постановление ЕСПЧ по делу “Федотова и другие против России” (Fedotova and Others v. Russia, жалобы NN 40792/10 и др.) от 13 июля 2021 г. (пока не вступило в силу, это произойдет через три месяца, если стороны не будут просить передать дело на рассмотрение в Большую Палату из 17 Судей, либо когда/если в этом будет отказано; если дело будет передано в Большую Палату, тогда это постановление никогда не вступит в силу – его заменит решение Большой Палаты; извлечения – с сохранением всей значимой мотивировки – в моём переводе):

«<…> 5. …Заявители, три однополых пары, подали в органы ЗАГСа заявления о вступлении в брак. <…>

6. <…> [При отказе заявителям] власти опирались на статью 1 Семейного кодекса РФ, которая ссылается на брак как на «добровольный брачный союз мужчины и женщины». <…>

51. Суд отмечает, что… однополым парам юридически не препятствуется проживать вместе парами как семьям. Однако у них нет никаких средств для того, чтобы их отношения были признаны законом. Национальное законодательство предусматривает только одну форму семейных союзов – разнополый брак… Суд отмечает… что без формального признания однополые пары не могут получить доступ к программам жилищного и финансового характера, навещать своих партнёров в медицинских учреждениях, они лишены… права не свидетельствовать против своего партнёра и права наследования имущества скончавшегося партнёра… Эта ситуация создаёт противоречие между социальной реальностью заявителей, которые живут в преданных отношениях, основанных на взаимной привязанности, и законом, который отказывается защищать самые обычные «потребности» из числа возникающих в той обстановке, в которой живёт однополая пара. <…>

52. Суд принимает к сведению утверждения властей, будто бы большинство россиян не одобряют однополые союзы[*]. <…> Однако имеется значительная разница между уступкой перед народной поддержкой в пользу расширения объёма предусмотренных Конвенцией гарантий и ситуацией, когда на такую поддержку ссылаются, чтобы отказать значительной части населения в доступе к праву на уважение их личной и семейной жизни, относящемуся к основным правам. Это было бы несовместимо с ценностями, лежащими в основе Конвенции… если бы использование меньшинством прав, предусмотренных Конвенцией, было поставлено в зависимость от того, одобряется ли это большинством. <…>

54. Суд отмечает, что защита «традиционного брака», предусмотренная поправками 2020 г. к Конституции РФ… – это, в принципе, весомый и правомерный интерес, который может оказать позитивное влияние на укрепление семейных союзов. Однако Суд не усматривает никаких рисков для традиционных браков, которые могло бы повлечь формальное признание однополых союзов, поскольку это не препятствует разнополым парам во вступлении в брак или пользовании преимуществами, которые даём им брак.

55. В свете изложенного Суд не может установить никакого превалирующего общественного интереса, с которым необходимо было бы сбалансировать указанные выше интересы заявителей. Он считает, что власти государства-ответчика не смогли обосновать лишение заявителей какой бы то ни было возможности, чтобы их отношения были формально признаны. <…>

56. Суд признаёт, что власти государства-ответчика пользуются свободой усмотрения в выборе наиболее подходящей формы регистрации однополых союзов, принимая во внимание конкретный социальный и культурный контекст (например, гражданское партнерство, гражданский союз или гражданский договор солидарности[**]). В рассматриваемом случае они вышли за рамки этой свободы усмотрения, поскольку в соответствии с национальным законодательством не существует никакой юридической основы для защиты отношений заявителей как однополых пар. Предоставление заявителям доступа к формальному признанию их статуса – как состоящих в парах – в форме, отличной от брака, не будет находиться в противоречии в преобладающим в России «традиционным пониманием брака» или со взглядами большинства, на которые ссылаются власти, поскольку оно выступает только против однополых браков, но не против иных форм юридического признания, которые могут существовать. Таким образом, имело место нарушение статьи 8 Конвенции. <…>»

*Как следует из п. 35 Постановления, на самом деле российские власти привели данные – за 2015 г. – о неодобрении однополых браков (уровень которого за 20 лет, с 1995 г., повысился с 38 до 80%), а не однополых союзов, на что фактически и обращено внимание далее в п. 56 Постановления ЕСПЧ. Помимо этого российские власти отметили, что – по состоянию на тот же 2015 г. – только 15% жителей России считали гомосексуалов обычными людьми, но при этом предпочитали не иметь отношения с ними; 20% считали гомосексуализм заболеванием, 15% – “социальной болезнью”; 20% относились к гомосексуалам как к опасным людям, которые должны быть изолированы от общества.

**В тексте написано не про договор (пакт, pact), а про акт (act), однако, вероятно, имеется в виду всё же договор/пакт, civil solidarity pact, гражданский договор солидарности, как во Франции.

В указанной части Постановление Европейского Суда принято единогласно всеми семью Судьями Палаты, в т.ч. за это решение проголосовал Судья от России – Дмитрий Дедов.

Почти ровно шесть лет назад ЕСПЧ – тоже на уровне Палаты из 7 Судей – единогласно вынес аналогичное по своей сути Постановление в отношении Италии: “Олиари и другие против Италии” (Oliari and Others v. Italy, жалобы NN 18766/11 и 36030/11) от 21 июля 2015 г. (итальянские власти не стали просить о передаче дела на рассмотрение Большой Палаты, и указанное Постановление вступило в силу 21 октября 2015 г.) Уже на тот момент, как отмечено в этом Постановлении, 24 из 47 стран – членов Совета Европы законодательно признавали однополые союзы в той или иной форме (Андорра, Австрия, Бельгия, Великобритания, Венгрия, Дания, Германия, Ирландия, Исландия, Испания, Лихтенштейн, Люксембург, Мальта, Нидерланды, Норвегия, Португалия, Словения, Финляндия, Франция, Хорватия, Чехия, Швейцария, Швеция и – на тот момент с не вступившим в силу законом – Эстония), а с тех пор к ним, надо полагать, добавились Кипр, Греция, сама Италия, Сан-Марино, Монако и Черногория, что отражено в п. 29 Постановления по делу “Федотовой и других”. В 2010 г. в Постановлении по делу “Schalk and Kopf v. Austria” ЕСПЧ отмечал, что ранее такого консенсуса по данному вопросу среди стран –  членов Совета Европы не было. Однако, как видим, ситуация сильно изменилась всего за 10-12 лет.

Вот несколько важных, как мне кажется, нюансов, которые кто-то мог пропустить:

  • это не решение типа: “нам тут “в Европе” всё равно, что у вас там думают в России”, – российским властями предоставили возможность обосновать, почему применительно к России непризнание однополых союзов не должно считаться нарушением прав однополых пар, однако власти практически не привели вообще никаких аргументов в пользу этого, и в результате ЕСПЧ просто нечего было сравнивать с интересами заявителей, права которых ущемлены, сравнивать на предмет того, чему именно отдать приоритет – интересам заявителей или интересам общества; оказалось, что есть интересы однополых пар, которые страдают, и нет вообще никаких выгод на стороне общества – власти таких просто не назвали, даже не указали ни на что, что в обществе могло бы пострадать от того, что государство признает однополые союзы – не в качестве брака; возможно, именно поэтому – потому что власти не сослались ни на какие интересы общества – ЕСПЧ в своей мотивировке по данному делу, т.е. в п.п. с 49 по 56, не упоминал наличие консенсуса по вопросу о признании однополых союзов среди стран – членов Совета Европы (этот консенсус упоминается в разделе со “сравнительным правом” (п. 29) и в изложении позиции заявителей (п. 38), но ЕСПЧ не ссылается на него при обосновании нарушения прав заявителей по данному делу), т.е. получается, что наличие или отсутствие этого консенсуса оказывается неважным, потому что российские власти в любом случае не привели вообще никаких аргументов – на стороне общества – в пользу непризнания однополых союзов, аргументов в пользу защиты неких общественных интересов, которым, будь они названы, можно было бы противопоставить европейский консенсус;
  • власти ссылались на неодобрение российским обществом однополых браков, однако это дело вообще не про однополые браки, абсолютно не про них, это дело про однополые союзы, отличные от брака – именно в какой-то из отличных от брака форм государству необходимо признать де-факто существующие в России однополые союзы, в которых люди находятся в семейных отношениях (семейные отношения – это не только брачные, и в данном случае речь не о брачных отношениях, но именно о семейных, по смыслу статьи 8 Конвенции, причем вывод о том, что такого рода отношения относятся к семейным, был сделан ещё в Постановлении по австрийскому делу 2010 г., ссылка на которое дана выше), однако эти самые семейные отношения однополых пар лишены в России какого бы то ни было признания со стороны государства, а значит – и защиты, и вот в этом состоит проблема, в этом заключается нарушение;
  • а ещё, если однополые пары получат возможность вступать в признаваемые государством, но не считающиеся браком союзы с предоставлением прав, связанных с их совместной семейной жизнью, то такую же возможность могут получить и разнополые пары, по тем или иным причинам не желающие связывать себя узами именно брака – и я не уверен, что на это нет запроса со стороны (по меньшей мере части) общества.

ЕСПЧ: Непризнание законом однополых союзов – нарушение?

ЕСПЧ начал активное рассмотрение жалоб трех российских однополых пар, безуспешно пытавшихся вступить в брак, поставив перед российскими властями и заявителями следующие вопросы:

Имело ли место нарушение права заявителей на уважение личной и семейной жизни, не соответствующее статье 8 Конвенции? В частности, имеются ли конкретные правовые основания, на которых они могли бы получить доступ к официальному признанию их союзов, сравнимому с тем, которое гарантировано государством разнополым парам? Если это не так, то в чем конкретно заявители ущемлены из-за отсутствия какого-либо юридического признания их отношений? Должна ли заявителям быть предоставлена возможность признания их отношений на основании закона? Если нет, то каковы причины, препятствующие такому признанию? Был ли вопрос о юридическом признании однополых пар предметом широкой общественной дискуссии? Возложит ли юридическое признание в той или иной форме однополых союзов чрезмерное бремя на государство? Властям следует подтвердить свои утверждения ссылками на авторитетные исследования и статистику, если это применимо.

Подверглись ли заявители дискриминации в пользовании своими конвенционными правами на основании сексуальной ориентации в нарушение статьи 14 Конвенции, взятой в сочетании со статьей 8 Конвенции, в связи с невозможностью вступления в какой бы то ни было признаваемый государством гражданский союз?

Рассматриваемое ЕСПЧ дело в настоящее время условно называется “Федотова и Шипитко против России и 2 другие жалобы” (Fedotova and Shipitko v. Russia and 2 other applications, жалобы NN 40792/10, 30538/14 и 43439/14).

Результаты заседания Коллегии Большой Палаты ЕСПЧ 17 ноября

Коллегия в составе пяти членов Большой Палаты Европейского Суда по правам человека 17 ноября 2014 года отказала в удовлетворении всех обращений российских властей (по всем названным ниже делам) и заявителей (по последнему делу) о передаче дел в Большую Палату. Соответственно, согласно подпункту С пункта 2 статьи 44 Конвенции о защите прав человека и основных свобод Постановления Палат по следующим делам 17 ноября 2014 года вступили в силу:

На рассмотрение Большой Палаты ЕСПЧ передано два дела: “M.E. против Швеции” (M.E. v. Sweden, жалоба N 71398/12) и “A.B. против Швейцарии” (A.B. v. Switzerland, жалоба N 56925/08), Постановления по которым были оглашены Палатами ЕСПЧ 26 июня и 01 июля 2014 года соответственно.

Первое дело касается угрозы выдворения из Швеции в Ливию заявителя гомосексуальной ориентации, прибывшего в Швецию в июле 2010 года, проживающего в ней с мужчиной с декабря 2010 года и состоящего с ним в браке с сентября 2011 года. Палата Страсбургского Суда единогласно признала жалобу заявителя на нарушение статьи 8 Конвенции неприемлемой, а также 6 голосами Судей против одного пришла к выводу, что в случае высылки не будет нарушена статья 3 Конвенции в отсутствие достаточных оснований считать, что в Ливии заявитель подвергнется недопустимому обращению из-за своей сексуальной ориентации. Дело было передано в Большую Палату по результатам рассмотрения обращения заявителя.

Второе дело касается наказания журналиста за нарушение тайны следствия, что большинством Судей Палаты (4 из 7) было признано нарушением статьи 10 Конвенции. Дело был передано в Большую Палату по результатам рассмотрения обращения швейцарских властей.

Дискриминация по признаку сексуальной ориентации: Коммуникация Португалии

Европейский Суд по правам человека опубликовал сегодня информацию о коммуницировании 01 октября 2014 года жалобы “Соза Гуша против Португалии” (Sousa Goucha v. Portugal, N 70434/12), поданной известным португальским телеведущим – открытым геем Мануэлем Луисом Соза Гушей (Manuel Luís Sousa Goucha). 

Дело касается телевизионного ток-шоу, в рамках которого ведущий спросил у гостей студии, кто является самой лучшей женщиной-телеведущей в Португалии. В качестве трех вариантов ответа на этот вопрос были названы женщины-телеведущие, а в качестве четвертого – заявитель. И именно последний вариант предполагался как правильный ответ на вопрос. Продолжить чтение…

Об исполнении Россией Постановления ЕСПЧ об акциях ЛГБТ

Решение, касающееся исполнения Российской Федерацией Постановления Европейского Суда по правам человека по делу “Алексеев против России” (Alekseyev v. Russia, жалоба N 4916/07) от 21 октября 2010 года, вступившего в силу 11 апреля 2011 года, принятое на 1208-м заседании Заместителей Министров Совета Европы 25 сентября 2014 года (в моем неофициальном переводе на русский):

“Заместители [Министров]

1. приняли к сведению информацию, представленную российскими властями в отношении публичных мероприятий, подобных описанным в Постановлении [ЕСПЧ] по делу Алексеева и в отношении практики рассмотрения уведомлений о проведении таких публичных мероприятий и заявлений об оспаривании отказов согласовать время и место их проведения; Продолжить чтение…

ЕСПЧ: жили ли казахский гей с ВИЧ-инфекцией и его партнер семейной жизнью в России?

ЕСПЧ коммуницировал российским властям жалобу гражданина Казахстана на дискриминацию по состоянию здоровья в связи с принятием Роспотребнадзором решения о нежелательности его пребывания в России (V.V. против России, N 13817/14).

Заявитель приехал в Россию учиться в 2006 году и жил совместно со своим партнером.

В 2012 году он обратился в ФМС России за разрешением на временное проживание, дав при этом обязательство предоставить в течение 30 дней сертификат об отсутствии у него ВИЧ-инфекции.

Во время тестирования у заявителя была диагностирована ВИЧ-инфекция. Продолжить чтение…

Греческие однополые пары выиграли в ЕСПЧ дело о дискриминации

civil_unionПостановлением по делу “Валлианатос и другие против Греции” (Vallianatos and Others v. Greece, жалобы NN 29381/09 и 32684/09), оглашенным 07 ноября 2013 года, Большая Палата ЕСПЧ признала 16 голосами Судей против одного, что греческий закон, предусматривающий возможность вступления в гражданские союзы только гетеросексуальных партнеров, является дискриминационным по отношению к однополым парам. 

Продолжить чтение…

ЕСПЧ задал России вопросы о региональных антигейских законах

rainbow_flagЕСПЧ коммуницировал жалобу трех гей-активистов – Николая Баева, Алексея Киселева и Николая Алексеева, поставив перед сторонами разбирательства – государством-ответчиком и заявителями – следующие вопросы:

 

  • соответствует ли российское региональное законодательство об ответственности за «пропаганду гомосексуализма среди несовершеннолетних» требованию качества закона (оно подразумевает, в частности, предсказуемость применения закона), вытекающему из пункта 2 статьи 10 Европейской Конвенции;
  • имело ли место нарушение прав заявителей, привлеченных к административной ответственности, на свободу выражения мнения и
  • имела ли место дискриминация заявителей в реализации ими свободы выражения мнения, запрещенная статьей 14 Европейской Конвенции, взятой в сочетании со статьей 10

Продолжить чтение…

ЕСПЧ заслушал дело трансгендера, вынуждаемого развестись с женой

Сегодня, 16 октября 2013 года, состоялось заседание Большой Палаты по делу «Хамалайнен против Финляндии» (Hamalainen v. Finland, жалоба N 37359/09; в будущем дело будет называться «H. против Финляндии» в связи с удовлетворением ходатайства заявительницы о сохранении анонимности). 

Заявительница – Хели Хамалайнен – родилась мужчиной и в 1996 году женилась на женщине. В 2002 году у супругов родился ребенок, а 2009 году Хели была проведена операция по смене пола.  Продолжить чтение…

Об исполнении Россией Постановления ЕСПЧ по делу о гей-парадах

Решение, касающееся исполнения Постановления ЕСПЧ по делу «Алексеев против России» (Alekseyev v. Russia), принятое на 1179-м заседании Заместителей Министров Совета Европы 26 сентября 2013 года Продолжить чтение…