Иммунитет судей от диффамационных исков правомерен: Постановление ЕСПЧ

Европейский Суд по правам человека пришел к выводу, что запрет на подачу иска о защите чести, достоинства и деловой репутации в отношении сведений, изложенных в обращении в адрес адвокатской палаты судьей, рассматривающим дело, представителем по которому выступал заявитель как адвокат, не представляет собой нарушения права на доступ к суду, являющегося одним из элементов права на справедливое судебное разбирательство спора о гражданских правах и обязанностях, которое гарантировано пунктом 1 статьи 6 Конвенции.

Судья сообщил Президенту Тульской областной адвокатской палаты о неявках в судебное заседание заявителя и еще одного адвоката, что привело к неоправданной задержке судебного разбирательства и сопровождалось многочисленными обращениями от имени представляемого ими по делу лица в адрес различных органов и СМИ, в которых они пытались переложить ответственность за свою некомпетентность и непрофессионализм на судебную систему, выражая тем самым неуважение к суду. В связи с этим судья просил рассмотреть вопрос о привлечении заявителя к дисциплинарной ответственности.

Страсбургский Суд указал, что судья действовал в своем профессиональном качестве, его обращение было сделано в полном соответствии с национальным законом (подпункт 4 пункта 1 статьи 20 Кодекса профессиональной этики адвоката, пункт 2 статьи 13 и – косвенно – пункт 1 статьи 226 ГПК РФ), не было публичным, содержание обращения не стало известно кому-либо, не считая органов адвокатской палаты. Заявитель не был лишен возможности оспаривать правдивость сообщенной информации в рамках разбирательства в адвокатской палате, к которому он не предъявлял никаких претензий и о результатах и последствия которого ничего ЕСПЧ не сообщил. Наконец, иммунитет судьи не является абсолютным: соответствующие требования к нему могут быть предъявлены, если вступившим в законную силу приговором суда установлена его вина в преступном злоупотреблении либо вынесении заведомо неправосудного судебного акта.

Наименование дела на русском языке: Сергей Зубарев против России.

Наименование дела на английском языке: Sergey Zubarev v. Russia.

Имя заявителя: Сергей Павлович Зубарев.

Номер жалобы: 5682/06.

Дата оглашения Постановления: 05 февраля 2015 года.

Выводы ЕСПЧ (единогласно):

Продолжить чтение…

Компенсация за пытки без расследования – остаешься жертвой: Постановление ЕСПЧ

Европейский Суд по правам человека пришел к выводу, что признание властями пыток заявителя сотрудниками угрозыска Железнодорожного РОВД Воронежа (равно как и неэффективности соответствующего расследования) в сочетании с присуждением ему национальным судом компенсации за пытки в размере 840000 рублей (в 2011 году), к которой Страсбургский Суд не предъявил явных претензий, хотя и добавил к этой сумме 20000 евро, не лишило заявителя статуса жертвы (наличие и сохранение которого является одним из условий приемлемости жалобы в ЕСПЧ), поскольку эффективное расследование по факту пыток так и не было проведено.

Наименование дела на русском языке: Раззаков против России.

Наименование дела на английском языке: Razzakov v. Russia.

Имя заявителя: Рашид Шамурадович Раззаков.

Номер жалобы: 57519/09.

Дата оглашения Постановления: 05 февраля 2015 года.

Выводы ЕСПЧ (единогласно):

  • объявить жалобу на нарушения статьи 3 Конвенции приемлемой, а в остальной части – неприемлемой;
  • признать нарушение статьи 3 Конвенции по существу в связи с тем, что заявитель подвергся пыткам в милиции (нарушение признано российскими властями);
  • признать нарушение статьи 3 Конвенции в процессуальной части – в связи с неэффективностью соответствующего расследования (нарушение также признано российскими властями);
  • присудить справедливую компенсацию морального вреда в размере 20000 евро и издержек в размере 3300 евро (компенсация должна быть выплачена в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в силу; за все время просрочки выплаты, если таковая будет иметь место, также должны быть выплачены проценты в размере, равном предельной ставке рефинансирования Европейского центрального банка, применяемой в период просрочки, плюс три процентных пункта);
  • отказать в удовлетворении требований о справедливой компенсации в оставшейся части.

Продолжить чтение…

Нарушение статьи 3 избиением при задержании и отказом в ВУД: Постановление ЕСПЧ

Наименование дела на русском языке: Зеленин против России.

Наименование дела на английском языке: Zelenin v. Russia.

Имя заявителя: Иван Петрович Зеленин.

Номер жалобы: 21120/07.

Дата оглашения Постановления: 15 января 2015 года.

Выводы ЕСПЧ (единогласно):

  • объявить жалобу на нарушения статьи 3 Конвенции приемлемой, а в остальной части – неприемлемой;
  • признать нарушение статьи 3 Конвенции по существу в связи с тем, что законность и необходимость применения к заявителю силы при задержании его сотрудниками ФСКН России не была обоснована, заключение эксперта, данное только через год после соответствующих событий, не содержит однозначного ответа на вопрос о том, могли ли повреждения быть получены заявителем в соответствии с его рассказом об избиении при задержании, и хотя некоторые повреждения могли быть получены им в результате падения на заявителя серванта при попытке побега, что им не оспаривается, объяснение того, как заявитель получил все обнаруженные у него повреждения, отсутствует, при том, что власти несут ответственность за лиц, находящихся под их контролем в качестве лишенных свободы, они не представили правдоподобного объяснения того, какого рода сила была применена к заявителю при задержании, из чего следует, что власти ответственны по меньшей мере за ряд полученных заявителем повреждений;
  • признать нарушение статьи 3 Конвенции в процессуальной части в связи с тем, что соответствующее уголовное дело так и не было возбуждено;
  • присудить справедливую компенсацию морального вреда в размере 19500 евро (компенсация должна быть выплачена в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в силу; за все время просрочки выплаты, если таковая будет иметь место, также должны быть выплачены проценты в размере, равном предельной ставке рефинансирования Европейского центрального банка, применяемой в период просрочки, плюс три процентных пункта);
  • отказать в удовлетворении требований о справедливой компенсации в оставшейся части.

Продолжить чтение…

Возврат отцу похищенной матерью дочери – не в интересах ребенка: Постановление ЕСПЧ

Наименование дела на русском языке: Хромадка и Хромадкова против России.

Наименование дела на английском языке: Hromadka and Hromadkova v. Russia.

Имя заявителей: Зденек Хромадка и Анна Валерия Хромадкова.

Номер жалобы: 22909/10.

Дата оглашения Постановления: 11 декабря 2014 года.

Выводы ЕСПЧ (единогласно):

  • объявить жалобу приемлемой;
  • признать нарушение статьи 8 Конвенции – применительно к периоду с апреля 2008 года, когда – после начала судебного разбирательства в Чехии между заявителем (гражданином Чехии) и его супругой (гражданкой России) о разводе и определении, с кем останется их ребенок – заявительница (гражданка Чехии, получившая позже также гражданство России) – супруга заявителя без его ведома вывезла заявительницу в Россию, и до июня 2011 года, когда чешский суд принял решение оставить заявительницу с заявителем, – в связи с тем, что российское законодательство препятствовало заявителю в установлении контактов со своей дочерью, которым мешала мать ребенка, что привело к неисправимому ущербу для их отношений, поскольку обеспечительная мера чешского суда, в соответствии с которой до конца разбирательства по делу заявительница должна была оставаться с заявителем, не подлежала исполнению в России, т.к. это не предусмотрено сохраняющим свою силу Договором между СССР и Чехословацкой Социалистической Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам 1982 года, а наличие разбирательства в чешском суде согласно тому же Договору лишало заявителя возможности удовлетворения российским судом требования об установлении контактов с заявительницей; также признать нарушение статьи 8 Конвенции применительно к периоду с июня 2011 года, поскольку, несмотря на убедительные доказательства того, что мать заявительницы вместе с заявительницей по меньшей мере с лета 2012 года проживала в селе Нюксеница Вологодской области, представители властей были направлены по ее адресу лишь однажды и не сразу после того, как об этом стало известно (в результате мать заявительницы там уже не нашли), бабушка заявительницы бала опрошена о месте жительства матери заявительницы с задержкой в несколько месяцев, соседи и коллеги матери заявительницы в селе Нюксеница вообще не опрашивались, а в связи с неустановлением места жительства матери заявительницы оказались неэффективными другие меры, к которым пытался прибегнуть заявитель: привлечение ее к административной ответственности, подача и июне 2012 года заявления о принятии мер по организации или обеспечению эффективного осуществления прав доступа согласно статье 21 Конвенции о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей 1980 года в первый день ее действия применительно к отношениям России и Чехии, обращения к региональным и федеральному уполномоченным по правам детей, – все это свидетельствует о том, что власти не предприняли всех мер, которые разумно ожидать, чтобы заявители могли поддерживать и развивать семейную жизнь друг с другом, следствием чего стал разрыв эмоциональной связи между отцом и дочерью; при этом отказ исполнить решение чешского суда, принятое в июне 2011 года, со ссылкой на то, что мать заявительницы не принимала участия в разбирательстве по делу, не был признан нарушением статьи 8 Конвенции, поскольку, по мнению Судей Страсбургского Суда, возврат заявительницы заявителю противоречил бы интересам ребенка, вывезенного в Россию в трехлетнем возрасте и проживающего в России уже шесть лет, в течение которых заявительница сначала имела очень ограниченные контакты с отцом, а с мая 2011 года – никаких; при этом ЕСПЧ фактически не стал рассматривать претензии заявителя, касающиеся оформления российского гражданства заявительницы ее матерью и признал, что Конвенция 1980 года не была прямо применима к взаимоотношениям между Россией и Чехией в имеющий значение период времени, на чем настаивал заявитель;
  • признать, что отсутствует необходимость рассмотрения жалобы на нарушение статьи 13 Конвенции;
  • присудить справедливую компенсацию морального вреда в размере 12500 евро и издержек в размере 3375 евро (компенсация должна быть выплачена в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в силу; за все время просрочки выплаты, если таковая будет иметь место, также должны быть выплачены проценты в размере, равном предельной ставке рефинансирования Европейского центрального банка, применяемой в период просрочки, плюс три процентных пункта);
  • отказать в удовлетворении требований о справедливой компенсации в оставшейся части.

Продолжить чтение…

ЕСПЧ: Навальный и Яшин были задержаны и осуждены в нарушение Конвенции

Обратите внимание:

Постановление ЕСПЧ от 04 декабря 2014 года, о котором написано на этой странице, вступило в силу 20 апреля 2015 года на основании пункта 2(c) статьи 44 Конвенции в связи с отказом Коллегии Большой Палаты ЕСПЧ в удовлетворении обращения российских властей о передаче дела в Большую Палату.

Наименование дела на русском языке: Навальный и Яшин против России.

Наименование дела на английском языке: Navalnyy and Yashin v. Russia.

Имена заявителей: Алексей Анатольевич Навальный и Илья Валерьевич Яшин.

Номер жалобы: 76204/11.

Дата оглашения Постановления: 04 декабря 2014 года.

Дело касается обстоятельств задержания Алексея Навального и Ильи Яшина 05 декабря 2011 года вскоре после согласованного митинга на Чистых прудах в Москве против предполагаемой фальсификации результатов прошедших накануне выборов в Госдуму, их перевозки между отделами полиции, условий содержания в отделе позиции “Китай-город”, признания виновными в неповиновении законным требованиям сотрудников полиции с назначением наказания в виде административного ареста на срок 15 суток. Подробнее о фактических обстоятельствах, которых касалась жалоба, написано здесь.

Выводы ЕСПЧ (единогласно):

  • объединить рассмотрение возражений властей о неисчерпании заявитетелями внутренних средств правовой защиты в отношении жалобы на нарушение статьи 3 Конвенции с рассмотрением этой жалобы по существу и отклонить их, поскольку ранее ЕСПЧ уже признавал, что от нарушения статьи 3 Конвенции условиями содержания под стражей в России нет внутренних средств правовой защиты;
  • объявить жалобу приемлемой;
  • признать нарушение статьи 11 Конвенции, гарантирующей свободу собраний, поскольку единственной причиной прекращения полицией спонтанного шествия группы людей, включавших заявителей, которые шли с согласованного митинга, было то, что это шествие не было согласовано. Национальные суды не стали оценивать реальный риск, который заявители и группа людей, в которую они входили, представляли для общественного порядка и безопасности дорожного движения, на которые ссылались власти, и была ли, соответственно, необходимость разгонять их. Таким образом, власти не смогли подтвердить наличие “насущной общественной потребности” прерывать спонтанное шествие. Кроме того, отсутствовала “насущная общественная потребность” задерживать заявителей и препровождать их в отдел полиции вместо того, чтобы составить протоколы об административных правонарушениях на месте, при том, что именно для этого сотрудники полиции попросили их пройти в автобус. Наконец, примененное к заявителям наказание – 15 суток административного ареста – не соответствовало тяжести правонарушения и потому было непропорциональным по смыслу статьи 11 Конвенции;
  • признать нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции, гарантирующей право на справедливое судебное разбирательство, поскольку суды обосновали свои решения исключительно показаниями сотрудников полиции, отказавшись исследовать видеозаписи и выслушать свидетелей со стороны защиты, ограничились рассмотрением вопроса о том, имело ли место неповиновение со стороны заявителей сотрудникам милиции, оставив без внимания вопрос о законности требований сотрудников полиции и отклонив соответствующие вопросы, заданные им в ходе допроса, а также признали заявителей виновными без обоснования полицейскими того, что их вмешательство в гарантированную заявителям свободу собраний было оправданным. В свете этого отсутствует необходимость рассмотрения жалобы на нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции в остальной части;
  • признать нарушение пункта 1 статьи 5 Конвенции, гарантирующей право на свободу и личную неприкосновенность, поскольку с момента прибытия заявителей в ОМВД по району Северное Измайлово, – когда, по мнению ЕСПЧ, и закончился период их доставления с целью составления протокола об административном правонарушении по смыслу статьи 27.2 КоАП РФ, которое не читается частью административного задержания и для которого не установлено никакой предельной продолжительности, в то время как срок административного задержания по общему правилу не должен превышать 3 часа, – и до момента составления протоколов об административных правонарушениях в отделе полиции «Китай-город», то есть в третьем отделе полиции, куда заявителей доставили, прошло почти 6 часов непризнанного и недокументированного лишения свободы, что недопустимо. Более того, после составления протоколов об административных правонарушениях заявители были подвергнуты административному задержанию на срок до 48 часов – по части 3 статьи 27.5 КоАП РФ – как лица, в отношении которых ведется производство по делу об административном правонарушении, влекущем в качестве одной из мер административного наказания административный арест. Однако российские власти не представили никакого обоснования выбора столь суровой меры обеспечения производства по делу, в частности, обоснования невозможности его обеспечения посредством применения менее суровой меры. Поэтому и оставление заявителей на ночь в отделе полиции «Китай-город» было необоснованным и произвольным;
  • признать нарушение статьи 13 Конвенции в сочетании со статьей 3, гарантирующей право на внутренние средства правовой защиты от нарушений статьи 3, в связи с отсутствием таких средств;
  • признать нарушение статьи 3 Конвенции условиями содержания в отделе полиции «Китай-город» в камере – с бетонным полом, без окон, без санузла, без мебели, не считая скамьи шириной 47 см., без матрацев, – предназначенной для пребывания в ней в течение не более трех часов, после многочасовой перевозки между отделами полиции без доступа к еде и воде;
  • признать, что отсутствует необходимость рассмотрения жалобы на нарушение статьи 18 Конвенции, гарантирующей, в частности, право не быть лишенными физической свободы с целью умаления свободы собраний, на нарушение которого жаловались заявители;
  • присудить справедливую компенсацию морального вреда в размере 26000 евро каждому и справедливую компенсацию издержек в размере 2500 евро Навальному (компенсация должна быть выплачена в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в силу; за все время просрочки выплаты, если таковая будет иметь место, также должны быть выплачены проценты в размере, равном предельной ставке рефинансирования Европейского центрального банка, применяемой в период просрочки, плюс три процентных пункта);
  • отказать в удовлетворении требований о справедливой компенсации в оставшейся части.

Постановление сопровождается совпадающим особым мнением Судьи Пинто де Альбукерке, который представил развернутое альтернативное обоснование нарушения свободы собраний.

См. также пресс-релиз Европейского Суда по правам человека (на русском).

Продолжить чтение…

Жестокое обращение с больным экс-мэром Махачкалы Амировым: Постановление ЕСПЧ

Наименование дела на русском языке: Амиров против России.

Наименование дела на английском языке: Amirov v. Russia.

ФИО заявителя: Саид Джапарович Амиров.

Номер жалобы: 51857/13.

Дата оглашения Постановления: 27 ноября 2014 года.

Выводы ЕСПЧ (единогласно):

  • объявить жалобу приемлемой;
  • признать, что в нарушение статьи 34 Конвенции Россия не выполнила обеспечительные меры, примененные ЕСПЧ 16 августа 2013 года в соответствии с Правилом 39 Регламента, согласно которым власти государства-ответчика должны были немедленно провести независимое медицинское обследование заявителя с целью установления того, соответствовало ли лечение, получаемое им в период нахождения под стражей, состоянию его здоровья, совместимы ли с этим состоянием условия, в которых он содержится, и требуется ли помещение заявителя в больницу. В ответ на эти меры власти представили два документа, подготовленных 17 июля и 17 августа 2013 года врачами больницы N 20, в которых не содержалось ответов на вопросы ЕСПЧ и которые фактически ограничивались ответом на вопрос о том, страдает ли заявитель заболеваниями, входящими в Перечень тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, утвержденный Постановлением Правительства РФ от 14 января 2011 года N 3. Вместе с этим власти представили подготовленные ими самостоятельно – а не независимыми медицинскими работниками – ответы на поставленные ЕСПЧ вопросы. Страсбургский Суд 29 августа 2013 года напомнил властям о том, что приняты обеспечительные меры, неисполнение которых может привести к выводу о нарушении статьи 34 Конвенции. Однако в ответ был получен лишь перевод на английский язык данных ранее ответов властей на вопросы ЕСПЧ;
  • признать нарушение статьи 3 Конвенции в связи с бесчеловечным и унижающим достоинство обращением с прикованным к инвалидной коляске заявителем, страдающим параличом нижних конечностей, а также большим числом заболеваний, влияющих на его нервную, мочевыделительную, мышечную и эндокринную системы, оставленным без жизненно необходимого лечения, без должного ухода и медицинского наблюдения, без тщательной оценки его состояния и адекватной диагностики все увеличивающегося числа проблем со здоровьем, в отношении которого медицинские сотрудники мест содержания под стражей не следовали рекомендациям медиков, к которым обращался заявитель, что было усугублено его содержанием в нестерильных и антисанитарных условиях и созданием тем самым дополнительного риска, принимая во внимание нагрузки на иммунную систему;
  • признать, что не было допущено нарушения пункта 3 статьи 5 Конвенции;
  • присудить справедливую компенсацию морального вреда в размере 15000 евро и издержек в размере 850 евро (компенсация должна быть выплачена в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в силу; за все время просрочки выплаты, если таковая будет иметь место, также должны быть выплачены проценты в размере, равном предельной ставке рефинансирования Европейского центрального банка, применяемой в период просрочки, плюс три процентных пункта);
  • отказать в удовлетворении требований о справедливой компенсации в оставшейся части.

Со ссылкой на статью 46 Конвенции в описательно-мотивировочной части Постановления Страсбургский Суд – в целях оказания содействия государству-ответчику в исполнении настоящего Постановления – также указал индивидуальные меры, которые следует предпринять для этого: помещение заявителя в специализированное медицинское учреждение, где он находился бы под постоянным медицинским контролем и получал бы необходимые ему медицинские услуги. При этом, как указал ЕСПЧ, ничто в настоящем Постановлении не должно толковаться как препятствующее его помещению в медицинское учреждение пенитенциарной системы, если таковое способно гарантировать предоставление необходимого медицинского надзора и ухода. Властям также следует регулярно проверять состояние заявителя, в т.ч. с привлечением независимых медицинских экспертов. Продолжить чтение…

Россия бездействовала в отношении матери, похитившей ребенка: Постановление ЕСПЧ

Наименование дела на русском языке: V.P. против России.

Наименование дела на английском языке: V.P. v. Russia.

Номер жалобы: 61362/12.

Дата оглашения Постановления: 23 октября 2014 года.

Выводы ЕСПЧ (единогласно):

  • объявить жалобу приемлемой;
  • признать нарушение статьи 8 Конвенции в связи с тем, что российскими властями не было проявлено должного усердия при исполнении на территории России решения молдавского суда об определении в качестве места жительства сына заявителя места жительства самого заявителя.

ЕСПЧ пришел к выводу, что мать сына заявителя незаконно переместила ребенка в Россию и удерживала его в России по смыслу статьи 8 Конвенции, который аналогичен смыслу этих понятий, содержащихся в Конвенции о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей 1980 года, практика применения которой может быть использована ЕСПЧ, несмотря на то, что эта Конвенция не вступила в силу в отношении России на момент рассмотрения дела в российских судах и, соответственно, не применялась.

Поэтому статья 8 Конвенции в данном случае требовала от государства предпринять меры, направленные на воссоединение заявителя с сыном.

При этом Страсбургский Суд пришел к выводу, что и решение молдавского суда, и определение Мосгорсуда о его принудительном исполнении были вынесены в наилучших интересах ребенка. В частности, мать не была лишена возможности общения с ребенком, т.к. могла вернуться для этого из России, с которой у нее не было достаточной связи, в Молдову, гражданкой которой она является.

Что касается действий (бездействия) российских властей, то, во-первых, ЕСПЧ признал, что рассмотрение ходатайства заявителя о принудительном исполнении решения молдавского суда было чрезмерно длительным. Даже если заявитель несколько повлиял на время рассмотрения этого ходатайства, общаясь с российскими судами не непосредственно, а через министерства юстиции Молдовы и России, основные задержки были вызваны самими судами. Сначала суд первой инстанции посчитал, что решение молдавского суда не требует принудительного исполнения. И эта позиция была ошибочной, что позже признал Верховный Суд РФ. При этом из-за возврата заявителю документов через два министерства юстиции им был пропущен срок на обжалование принятого судом первой инстанции определения, что привело к необходимости его восстановления и вновь вызвало задержку. Определение, принятое по результатам повторного рассмотрения ходатайства судом первой инстанции, было обжаловано матерью ребенка и отменено Верховным Судом РФ с отправкой дела на новое рассмотрение во второй раз. Причем оба раза Верховный Суд РФ ссылался на отсутствие некоторых документов. Однако, по мнению ЕСПЧ, их было легко получить, особенно принимая во внимание, что дело поступило в суд через министерства юстиции, что делало его заслуживающим серьезного рассмотрения. Страсбургский Суд также учел и предмет разбирательства, который требовал скорейшего рассмотрения дела.

Во-вторых, судебные приставы-исполнители отказались предпринимать меры по исполнению решения молдавского суда, ссылаясь на то, что оно не требует принятия каких-либо мер. И заявителю потребовалось еще одно обращение в суд для того, чтобы признать бездействие приставов незаконным. Все это позволило матери ребенка, постоянно доступной для принятия мер, направленных на исполнение решения суда (ее место работы и место жительства были известны, она постоянно обращалась в миграционную службу, ребенок посещал детский сад), спокойно уклоняться от его исполнения в течение более года, а в итоге покинуть Россию к моменту признания судом незаконным бездействия приставов;

  • присудить справедливую компенсацию морального вреда в размере 7000 евро и издержек в размере 1000 евро (компенсация должна быть выплачена в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в силу; за все время просрочки выплаты, если таковая будет иметь место, также должны быть выплачены проценты в размере, равном предельной ставке рефинансирования Европейского центрального банка, применяемой в период просрочки, плюс три процентных пункта);
  • отказать в удовлетворении требований о справедливой компенсации в оставшейся части.

Продолжить чтение…

Несколько нарушений статьи 3 по делу исчезнувшего заявителя: Постановление ЕСПЧ

Наименование дела на русском языке: Мамажонов против России.

Наименование дела на английском языке: Mamazhonov v. Russia.

ФИО заявителя: Икромжон Махкамович Мамажонов.

Номер жалобы: 17239/13.

Дата оглашения Постановления: 23 октября 2014 года.

Выводы ЕСПЧ (единогласно):

  • объявить жалобу приемлемой в части, касающейся нарушений статьи 3 Конвенции, а в остальной части – неприемлемой;
  • признать нарушение статьи 3 Конвенции, поскольку российские власти не рассмотрели надлежащим образом утверждения заявителя о существовании реального и неотвратимого риска пыток и унижающего достоинство обращения в Узбекистане;
  • признать нарушение статьи 3 Конвенции, поскольку одобрение властями экстрадиции заявителя в Узбекистан подвергло его реальному и неотвратимому риску пыток и унижающего достоинство обращения;
  • признать нарушение статьи 3 Конвенции, поскольку власти после освобождения заявителя из-под стражи не предприняли в его отношении защитных мер для предотвращения риска пыток и унижающего достоинство обращения;
  • признать нарушение статьи 3 Конвенции в связи с неэффективным расследованием исчезновения заявителя;
  • признать, что нарушение статьи 3 Конвенции не имело места в связи с исчезновением заявителя, поскольку участие российских властей в его исчезновении не было доказано;
  • признать, что Российская Федерация пренебрегла обеспечительной мерой (примененной в соответствии с Правилом 39 Регламента ЕСПЧ), запрещающей экстрадицию заявителя в Узбекистан, и тем самым не выполнила своих обязательств по статье 34 Конвенции. С учетом повторяющихся инцидентов в экстрадиционных делах против России, а также поскольку российские власти не предприняли необходимых защитных мер против исчезновения заявителя и его возможного перемещения в Узбекистан, Страсбургский Суд был вынужден прийти к выводу, что власти (как минимум) создали сомнительную ситуацию, в которой заявитель не мог далее участвовать в рассмотрении дела Европейским Судом по правам человека. Опираясь на статью 46 Конвенции, ЕСПЧ посчитал строго необходимыми дальнейшее максимально усердное уголовное расследование российскими властями исчезновения заявителя, а также все иные меры в компетенции властей, направленные на устранение найденных нарушений и исправление их последствий. ЕСПЧ также отметил, что хотя недавно принятое Постановление Пленума Верховного Суда РФ в принципе позволяет судам осуществлять должное рассмотрение дел об экстрадиции, Верховный Суд РФ сам не следовал ему по делу заявителя. Страсбургский Суд подчеркнул, что надлежащее и последовательное применение данного Постановления Пленума Верховного Суда РФ способно улучшить функционирование национальных средств правовой защиты в делах об экстрадиции и депортации;
  • присудить справедливую компенсацию морального вреда в размере 7500 евро и издержек в размере 11400 евро (компенсация должна быть выплачена в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в силу; за все время просрочки выплаты, если таковая будет иметь место, также должны быть выплачены проценты в размере, равном предельной ставке рефинансирования Европейского центрального банка, применяемой в период просрочки, плюс три процентных пункта);
  • отказать в удовлетворении требований о справедливой компенсации в оставшейся части;
  • на основании статьи 39 Регламента продлить действие запрета на высылку заявителя до вступления данного Постановления в силу.

Продолжить чтение…

Россия не виновата в гибели девушки от минометного обстрела: Постановление ЕСПЧ

Наименование дела на русском языке: Косумова против России.

Наименование дела на английском языке: Kosumova v. Russia.

Фамилия и имя заявительницы: Руман Косумова (заявительница скончалась, поданную ей жалобу продолжил поддерживать ее сын Абдула Касумов (Косумов)).

Номер жалобы: 2527/09.

Дата оглашения Постановления: 16 октября 2014 года.

Выводы ЕСПЧ (единогласно):

  • обвить жалобу на нарушение статей 2 и 13 Конвенции приемлемой, а в остальной части – неприемлемой;
  • признать, что нарушения статьи 2 Конвенции по существу в отношении дочери заявительницы – Раисы Косумовой – допущено не было. ЕСПЧ пришел к выводу об отсутствии доказательств, которые за пределами разумных сомнений свидетельствовали бы о том, что минометный обстрел у окраины села Харачой, в результате которого погибла Раиса Косумова, 07 июня 2003 года вели именно федеральные силы, а не боевики;
  • признать нарушение статьи 2 Конвенции в связи с тем, что не было проведено эффективного расследования обстоятельств гибели Раисы Косумовой;
  • признать, что самостоятельный предмет рассмотрения по статье 13 Конвенции отсутствует;
  • присудить справедливую компенсацию морального вреда в размере 20000 евро и издержек в размере 4000 евро;
  • отказать в удовлетворении требований о справедливой компенсации в оставшейся части.

Продолжить чтение…

Разные компенсации за условия содержания в СИЗО и колонии: Постановление ЕСПЧ

Наименование дела на русском языке: Сергей Бабушкин против России.

Наименование дела на английском языке: Sergey Babushkin v. Russia.

ФИО заявителя: Сергей Владимирович Бабушкин.

Номер жалобы: 5993/08.

Дата оглашения Постановления: 16 октября 2014 года.

Выводы ЕСПЧ (единогласно):

  • присудить справедливую компенсацию морального вреда в размере 25000 евро за более чем 13 лет содержания в колонии в условиях, не соответствующих требованиям статьи 3 Конвенции (это было признано Постановлением по существу этого дела от 28 ноября 2013 года);
  • отказать в удовлетворении требований о справедливой компенсации в оставшейся части.

Постановление примечательно тем, что ЕСПЧ прямо указал, что размеры присуждаемой справедливой компенсации морального вреда, причиненного не соответствующими требованиям статьи 3 Конвенции условиями отбывания наказания в колонии и условиями содержания под стражей в СИЗО, должны различаться. Применительно к условиям содержания под стражей в СИЗО ЕСПЧ, напомню, считает справедливым присуждать 6000 евро за первый год и 3500 евро за каждый последующий (см. Постановление ЕСПЧ по делу “Ананьев против России”). Цифр, которые позволили бы исчислить размер справедливой компенсации морального вреда применительно к условиям отбывания наказания в течение любого конкретного времени, в Постановлении по делу Сергея Бабушкина не содержится. За более чем 13 лет отбывания наказания ему было присуждено 25000 евро. По делу “Епишин против России” заявителю было присуждено 19000 евро за немногим менее 6-ти лет отбывания наказания в неадекватных условиях. При этом и по делу Сергея Бабушкина, и по делу Епишина также были признаны нарушения статьи 13 Конвенции (возможно, часть присужденных компенсаций приходится на них). По первому делу об условиях содержания в колонии ЕСПЧ присудил 11500 евро за три года, однако эта сумма также включает в себя компенсацию за содержание в течение двух месяцев в СИЗО в неадекватных условиях. Продолжить чтение…