Отказ в ВУД по заявлению о жестоком обращении – нарушение: Постановление ЕСПЧ

Наименование дела на русском языке: Хисматуллин против России.

Наименование дела на английском языке: Khismatullin v. Russia.

Имя заявителя: Эдуард Шамильевич Хисматуллин.

Номер жалобы: 33469/06.

Дата оглашения Постановления: 11 декабря 2014 года.

Выводы ЕСПЧ (единогласно):

  • объявить жалобу приемлемой в части, касающейся статьи 3 Конвенции, а в остальной части – неприемлемой;
  • признать нарушение статьи 3 Конвенции в процессуальной части в связи с тем, что не было проведено эффективного расследования по заявлению о жестоком обращении с заявителем со стороны сотрудников милиции, которое, с его слов, привело к перелому тела грудины, поскольку в возбуждении уголовного дела было отказано, а проверка по заявлению о совершении преступления сама по себе не является достаточно эффективной;
  • признать, что не было допущено нарушения статьи 3 Конвенции по существу (т.е. в связи с собственно предполагаемым жестоким обращением с заявителем со стороны сотрудников милиции);
  • присудить справедливую компенсацию морального вреда в размере 5000 евро (компенсация должна быть выплачена в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в силу; за все время просрочки выплаты, если таковая будет иметь место, также должны быть выплачены проценты в размере, равном предельной ставке рефинансирования Европейского центрального банка, применяемой в период просрочки, плюс три процентных пункта);
  • отказать в удовлетворении требований о справедливой компенсации в оставшейся части.

Продолжить чтение…

Ссылка властей на толкование УПК, опровергнутое КС РФ по делам заявителей: Постановление ЕСПЧ

Наименование дела на русском языке: Бирюченко и другие против России.

Наименование дела на английском языке: Biryuchenko and Others v. Russia.

Дата оглашения Постановления: 11 декабря 2014 года.

Выводы ЕСПЧ (единогласно):

  • объединить жалобы;
  • исключить жалобу Степанова из списка подлежащих рассмотрению дел (т.к. он скончался, а никто из его близких не выразил желания продолжать поддерживать поданную жалобу);
  • объявить жалобы приемлемыми в части, касающейся содержания заявителей под стражей без судебного решения, длительности содержания под стражей, недостатков судебного контроля применительно к Бирюченко и Ойнасу и нарушения презумпции невиновности в отношении Леонтьева и Пономарева, а в остальной части – неприемлемыми;
  • признать нарушение пункта 1 статьи 5 Конвенции по всем делам;
  • признать нарушение пункта 3 статьи 5 Конвенции в отношении Бирюченко и Ойнаса;
  • признать нарушение пункта 4 статьи 5 Конвенции в отношении Бирюченко и Ойнаса;
  • признать нарушение пункта 2 статьи 6 Конвенции в отношении Леонтьева и Пономарева;
  • присудить каждому заявителю справедливую компенсацию морального вреда в размере 3000 евро (компенсация должна быть выплачена в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в силу; за все время просрочки выплаты, если таковая будет иметь место, также должны быть выплачены проценты в размере, равном предельной ставке рефинансирования Европейского центрального банка, применяемой в период просрочки, плюс три процентных пункта);
  • отказать в удовлетворении требований о справедливой компенсации в оставшейся части.

Постановление вынесено по делам-клонам, т.е. по жалобам на нарушения, применительно к которым имеется устоявшаяся практика ЕСПЧ. При этом Бирюченко и Ойнас являются теми лицами, по жалобам которых Конституционный Суд РФ принял известное Постановление от 22 марта 2005 года N 4-П. Причем их жалобы в ЕСПЧ касаются, в частности, той же самой проблемы, которой касалось их обращение в Конституционный Суд РФ: толкования УПК РФ как допускающего содержание под стражей после передачи дела в суд в течение шести месяцев без вынесения решения о продлении этой меры пресечения после истечения избранной ранее. Как ни парадоксально, российские власти при рассмотрении жалоб Бирюченко и Ойнаса в ЕСПЧ ссылались на имевшее место ранее толкование подобным образом УПК РФ. Однако Страсбургский Суд указал, что Конституционный Суд РФ именно по жалобам заявителей указал, что УПК РФ не предполагает возможности содержания обвиняемого под стражей без соответствующего судебного решения после направления уголовного дела для рассмотрения в суд по завершении предварительного расследования. Продолжить чтение…

Выдворение из России (в Узбекистан) было бы нарушением: Постановление ЕСПЧ

Наименование дела на русском языке: Фозил Назаров против России.

Наименование дела на английском языке: Fozil Nazarov v. Russia.

Имя заявителя: Фозил Акбарович Назаров.

Номер жалобы: 74759/13.

Дата оглашения Постановления: 11 декабря 2014 года.

Выводы ЕСПЧ (единогласно):

  • объявить жалобу приемлемой;
  • признать, что принудительное возвращение заявителя в Узбекистан представляло бы собой нарушение статьи 3 Конвенции;
  • продолжить указывать государству-ответчику в соответствии с Правилом 39 Регламента ЕСПЧ, что в интересах надлежащего производства по делу желательно не выдворять заявителя и не высылать его принудительно из России в Узбекистан или иную страну в другом порядке до вступления настоящего Постановления в силу или иного указания;
  • признание нарушения представляет собой достаточную справедливую компенсацию морального вреда.

Продолжить чтение…

Возврат отцу похищенной матерью дочери – не в интересах ребенка: Постановление ЕСПЧ

Наименование дела на русском языке: Хромадка и Хромадкова против России.

Наименование дела на английском языке: Hromadka and Hromadkova v. Russia.

Имя заявителей: Зденек Хромадка и Анна Валерия Хромадкова.

Номер жалобы: 22909/10.

Дата оглашения Постановления: 11 декабря 2014 года.

Выводы ЕСПЧ (единогласно):

  • объявить жалобу приемлемой;
  • признать нарушение статьи 8 Конвенции – применительно к периоду с апреля 2008 года, когда – после начала судебного разбирательства в Чехии между заявителем (гражданином Чехии) и его супругой (гражданкой России) о разводе и определении, с кем останется их ребенок – заявительница (гражданка Чехии, получившая позже также гражданство России) – супруга заявителя без его ведома вывезла заявительницу в Россию, и до июня 2011 года, когда чешский суд принял решение оставить заявительницу с заявителем, – в связи с тем, что российское законодательство препятствовало заявителю в установлении контактов со своей дочерью, которым мешала мать ребенка, что привело к неисправимому ущербу для их отношений, поскольку обеспечительная мера чешского суда, в соответствии с которой до конца разбирательства по делу заявительница должна была оставаться с заявителем, не подлежала исполнению в России, т.к. это не предусмотрено сохраняющим свою силу Договором между СССР и Чехословацкой Социалистической Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам 1982 года, а наличие разбирательства в чешском суде согласно тому же Договору лишало заявителя возможности удовлетворения российским судом требования об установлении контактов с заявительницей; также признать нарушение статьи 8 Конвенции применительно к периоду с июня 2011 года, поскольку, несмотря на убедительные доказательства того, что мать заявительницы вместе с заявительницей по меньшей мере с лета 2012 года проживала в селе Нюксеница Вологодской области, представители властей были направлены по ее адресу лишь однажды и не сразу после того, как об этом стало известно (в результате мать заявительницы там уже не нашли), бабушка заявительницы бала опрошена о месте жительства матери заявительницы с задержкой в несколько месяцев, соседи и коллеги матери заявительницы в селе Нюксеница вообще не опрашивались, а в связи с неустановлением места жительства матери заявительницы оказались неэффективными другие меры, к которым пытался прибегнуть заявитель: привлечение ее к административной ответственности, подача и июне 2012 года заявления о принятии мер по организации или обеспечению эффективного осуществления прав доступа согласно статье 21 Конвенции о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей 1980 года в первый день ее действия применительно к отношениям России и Чехии, обращения к региональным и федеральному уполномоченным по правам детей, – все это свидетельствует о том, что власти не предприняли всех мер, которые разумно ожидать, чтобы заявители могли поддерживать и развивать семейную жизнь друг с другом, следствием чего стал разрыв эмоциональной связи между отцом и дочерью; при этом отказ исполнить решение чешского суда, принятое в июне 2011 года, со ссылкой на то, что мать заявительницы не принимала участия в разбирательстве по делу, не был признан нарушением статьи 8 Конвенции, поскольку, по мнению Судей Страсбургского Суда, возврат заявительницы заявителю противоречил бы интересам ребенка, вывезенного в Россию в трехлетнем возрасте и проживающего в России уже шесть лет, в течение которых заявительница сначала имела очень ограниченные контакты с отцом, а с мая 2011 года – никаких; при этом ЕСПЧ фактически не стал рассматривать претензии заявителя, касающиеся оформления российского гражданства заявительницы ее матерью и признал, что Конвенция 1980 года не была прямо применима к взаимоотношениям между Россией и Чехией в имеющий значение период времени, на чем настаивал заявитель;
  • признать, что отсутствует необходимость рассмотрения жалобы на нарушение статьи 13 Конвенции;
  • присудить справедливую компенсацию морального вреда в размере 12500 евро и издержек в размере 3375 евро (компенсация должна быть выплачена в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в силу; за все время просрочки выплаты, если таковая будет иметь место, также должны быть выплачены проценты в размере, равном предельной ставке рефинансирования Европейского центрального банка, применяемой в период просрочки, плюс три процентных пункта);
  • отказать в удовлетворении требований о справедливой компенсации в оставшейся части.

Продолжить чтение…